Книга Пристанище, страница 60 – Мария Орунья

Начать разговор они не успели.

У Оливера в кармане брюк зазвонил телефон, и он снова сел. В этот момент с кухни вернулся Майкл и устроился рядом с ними. Звонил отец. С новостями от Королевской почты. Им удалось найти почтовый ящик Гильермо. Ящик открывали примерно полтора года назад. А Гильермо пропал больше двух лет назад!

— Что? Это же на другом конце света! Что, черт возьми, он там делает? Ага, ага… А содержимое? Нужно отправить запрос?.. Ясно, понял. Но тогда это не почтовый ящик, а адрес, на который следует перенаправлять почту? Почтовое отделение, не частный адрес, понял. Позвони мне, как только будут новости. Да, конечно, спасибо, целую, пап.

Майкл еле дождался, когда Оливер закончит разговор:

— Где?! Где этот ящик?!

— В Непале. Этот идиот в Непале. В Непале!

— Непал! – удивленно воскликнул Майкл.

— Непал, – повторил Оливер и несколько секунд таращился в пустоту. – Ящик в Лондоне, но полтора года назад Гильермо попросил пересылать его корреспонденцию на адрес в Катманду. Полтора года! Понимаешь, что это означает?

Майкл понимал. Он вскочил и обнял Оливера.

— Вот мудак! Значит, он все же выбрался с Лансароте…

По крайней мере, полтора года назад Гильермо Гордон был жив, более того, теперь известно, где он тогда находился. К облегчению, которое испытывал Оливер, примешивалась злость: если брат был жив, почему не давал о себе знать? И где он сейчас? Найдут ли что-нибудь в этом непальском ящике? Оливер и Майкл прикидывали варианты, каким образом Гильермо мог оказаться в Непале, что он там делает и какие шаги теперь может предпринять следствие.

Анна внимательно и молча слушала их возбужденный разговор. Подходящий момент, чтобы поведать Оливеру об истинных причинах ее появления в Кантабрии, потерян. Хватит ли ей смелости попытаться снова? Сможет ли она как-то смягчить, приукрасить правду, не исказив при этом суть? Нет, то, что она хочет сказать, не имеет оттенков. Она тяжело вздохнула.

Артуро Дюбах по характеру был человеком прагматичным и недоверчивым, а его инстинкту выживания и предусмотрительности позавидовала бы любая мамаша. У него всегда имелись под рукой сменные носки: он считал, что археологу полагается позаботиться о ногах, особенно если работаешь на раскопках под открытым небом. Важно также иметь при себе одежду на любую погоду: никогда не знаешь, что ждет тебя во время раскопок – жара, или холод, или дождь.

— Почему ты стал археологом? – спросила Вероника тем вечером, когда они познакомились, не догадываясь, что через несколько недель станет его подругой. Они в компании общих друзей сидели в пабе в богемном женевском районе Каруж, дело было за восемь-девять месяцев до того, как их группа, четверо ученых из разных стран, познакомилась в Нёрдлингене с Вандой Карсавиной.

— А почему бы и нет? – ответил он. – История и геология сами по себе достаточно интересны, что тут еще объяснять.

— Ну не знаю. Просто это не самая обычная профессия.

— Как и галерист, – парировал он.

— Ладно, но признай, что моя работа совсем не такая экзотичная, пусть даже я много путешествую.

— Я тоже вечно в разъездах.

— А ты не устаешь постоянно ездить то на одни, то на другие раскопки?

— Я сотрудничаю с разными проектами, читаю лекции тут, в Швейцарии. Но я действительно довольно много путешествую – наверное, это все мой ген авантюризма.