Онлайн книга «Пристанище»
|
Друзья немного помолчали. Наконец Майкл задумчиво проговорил: — Что-то мы наверняка упустили. — Что? — Ну должна же быть какая-то зацепка, которая укажет, куда он мог двинуть. А давай-ка начнем заново… У меня есть идея. Майкл быстро скрылся в доме и вскоре вернулся с блокнотом и ручкой. Усевшись рядом с другом, открыл блокнот. — Так, точная дата, когда он исчез? Оливер покачал головой: — Спасибо тебе, конечно, но я уже сотню раз прогонял это в голове и столько же раз обсуждал с британской и испанской полицией… — Ты говорил. И толку ноль, – перебил Майкл. – Слушай, я люблю твоего брата и переживаю за него. Давай же! Оливер вздохнул. — Двадцать шестого марта, почти два года назад. — Так, а день недели? — А это зачем? — Откуда мне знать, мало ли. Не одно и то же – свалить в среду или в субботу. Оливер улыбнулся. — Вторник. — Вот видишь? Ты в курсе, что по статистике больше всего преступлений приходится на субботу? — Да ладно тебе. — Я серьезно. И на декабрь. — Семейные рождественские сборища располагают, – усмехнулся Оливер. – Но напомню тебе, что мы сейчас обсуждаем не преступление. — Да, но у исчезновений тоже может быть какая-то закономерность. — Возможно, но в этом случае день недели значения не имеет. Так мы ничего не добьемся. — Это что еще за настрой, – нахмурился Майкл. И бодро продолжил: – Так, ладно, давай пройдемся по фактам. Гильермо был военным… прости, он военный, и сейчас ему сорок один. Верно? — Верно. — Когда ему было двадцать девять, его командировали в Басру. Из Ирака он вернулся еще до окончания военной операции и был среди тех, кто свидетельствовал против своих товарищей и командиров, обвиняя их в пытках и расправах… Жуть, конечно, но вам он наверняка подробностей не рассказывал? — Никогда. — Так, что там дальше… Гильермо в полной жопе и решает спасать мир в духе харе кришны. — Господи, какой ты идиот. Что еще за “в духе харе кришны”? – невольно рассмеялся Оливер. — Ну это мое определение. Ладно, он заделался волонтером, сотрудничал со всякими неправительственными организациями по всему миру, вы периодически теряли его из виду, потому что ему в голову не приходило позвонить родным, и объявлялся он непредсказуемо. В общем, вел себя как полный мудак. – Майкл жестом остановил Оливера, порывавшегося что-то сказать: – Все, успокойся, я же не говорю, что он мудак, в смысле, полный идиот. Понятно, что это просто последствия войны и прочего дерьма. — Травматический невроз, если точнее. — Вот-вот. На момент исчезновения у Гильермо уже целую вечность не было никаких отношений, насколько нам известно, а лондонские друзья ничего о нем давным-давно не слышали, потому что последние года три-четыре он спасал китов и прочих зверушек неведомо где. — Спасал китов, работал на “Международную амнистию”, сотрудничал с ЮНИСЕФ и с Born Free[13]. — Born Free? Британцы? Это ведь они борются с нелегальной торговлей дикими животными? — Они самые. А также он сотрудничал с Гринписом и еще одной британской организацией, Earth Action[14], слышал про такую? — Разумеется. – Голос у Майкла теперь звучал серьезно. – Но чего он хотел? Искупить свое военное прошлое? Спасти мир? — Наверняка что-то в этом духе. Думаю, для него это был способ жить согласно принципам, которые он выбрал, вернувшись из Басры. |