Книга Пристанище, страница 135 – Мария Орунья

Судмедэксперт смотрела на фотографию, где они с Лукасом улыбались на фоне пронзительно-синего неба, и слушала Валентину Редондо, позвонившую узнать о результатах вскрытия мужчины с болот. Объяснить про сухое утопление оказалось непросто, но Клара полностью доверяла уму и прагматизму Валентины.

— Поверить не могу, Клара. Как это возможно? Получается, у всех троих есть гематомы?

— У девушки никаких следов нет. Ее из списка вычеркиваем.

— Не торопи события, – не согласилась лейтенант Редондо. – Пусть даже Астрид Штраусс не задушила Альберто Пардо, однако ей наверняка есть что рассказать. Но такое совпадение. Слишком уж подозрительно. У всех троих схожие следы на предплечьях? И все трое – правши?

— Именно так. У каждого из твоей троицы подозреваемых есть небольшие гематомы на руках и даже на ногах. Но, думаю, они легко их объяснят.

— Гребаные спелеоолимпиады, – проворчала Валентина. – И кому, черт возьми, пришло в голову заниматься скалолазанием в закрытом павильоне?

— Я слышала, у них там даже есть спелеобар…

— Держу пари, там продают энергетические напитки и батончики, – рассмеялась Валентина. – Спасибо, Клара, не знаю, что бы мы без тебя делали.

— Позвонили бы другому судмедэксперту.

— Таких, как ты, больше нет.

— Это точно. Но попадаются вполне приличные. Но раз уж тебе так хочется меня отблагодарить, можешь заплатить за тапас, когда мы снова соберемся.

— Да вам палец в рот не клади, сеньора. По рукам!

— Кстати, готовься, в ближайшие дни нам всем нужно выбраться куда-нибудь за город.

— Да? И куда же? – удивилась Валентина.

— А я почем знаю? У меня разве было время что-то придумывать, со всеми этими твоими жмуриками? В общем, дорогая, если ты не против, я займусь делами.

— Конечно. Меня тоже тут дожидается целая толпа. Я потому и позвонила – знала, что потом тебе будет не до того.

— Умничка.

Валентина на другом конце линии улыбнулась:

— Спасибо, Клара.

Она положила трубку. Странное ощущение: они все время продвигаются вперед, но при этом словно стоят на месте.

Чем больше ответов они находили, тем больше возникало вопросов. Они все глубже погружались в мир, который Валентине был совершенно незнаком, она могла представить себе внешний вид пещеры, ее расположение и глубину, но не разделяла трепета перед наполняющими ее безмолвными тенями и не понимала, что такого чудесного во всяких мрачных закоулках. И еще меньше она понимала тех, кто рвался залезть в пещеры и обследовать эти темные закоулки.

Любой из троицы мог задушить Альберто Пардо. У всех троих, как это ни удивительно, было алиби на момент смерти Карсавиной, но зато кто угодно из них может быть убийцей Альберто Пардо. У Астрид Штраусс отметин на предплечьях не было, то есть убить Пардо она не могла. Также у нее имелось алиби на время смерти Карсавиной – она была вместе с коллегами, но это еще предстояло проверить. А что касается Хельмута Вольфа… что они вообще о нем знают? Тут нужна помощь немецкого прокурора; после того, как их совещание прервал звонок Энрике Диаса из Фонда Комильяса, они решили сделать небольшой перерыв, и лейтенант, воспользовавшись моментом, заскочила к себе в кабинет и позвонила Кларе Мухике.

Валентина вернулась в комнату для совещаний, где ее ждали члены команды и капитан Карусо. Она понимала, что, учитывая всю серьезность дела, капитану захочется присутствовать на совещании, но ничуть этому не радовалась.