Книга Пристанище, страница 117 – Мария Орунья

Валентина и Ривейро удивленно переглянулись. Клара Мухика редко относилась к жертвам как к людям, для нее они все были “объектами анализа”, а также предметом черноватых шуток.

Похоже, ей не всегда удается отгородиться стеной от человеческой боли. Или же ее чувствительность обострилась после событий на вилле “Марина”.

— Ладно, Клара, будет что-то еще, скажи. А мы пока поговорим с директором Альтамиры.

Судмедэксперт немного поколебалась.

— Погоди. Есть еще кое-что. Но это не насчет жертвы.

Валентина заинтересованно взглянула на нее:

— А насчет кого, убийцы?

— Да. Если мы имеем дело со странгуляционной асфиксией, есть вероятность, что у убийцы на руках тоже остались небольшие гематомы, а то и ссадины. Ему ведь пришлось применить немалую силу. Убитый мог даже ранить его, оцарапать.

— Поняла. – Валентина повернулась к Ривейро: – Думаю, на всякий случай лучше провести осмотр наших археологов из Комильяса.

— И вот еще что, – добавила Клара, – расположение следов на шее жертвы указывает на то, какую именно руку использовал убийца в момент совершения преступления. – Она отвернулась, давая им понять, что разговор окончен.

— Да ну? – изумился Ривейро. – Боже мой, такое даже Пуаро не снилось.

Его шутка осталась без ответа.

— Убийца правша. Если будете проводить осмотр, обратите внимание на правую руку.

— Хорошо, – кивнула Валентина. – Спасибо, Клара. Хотя нам пока кое-чего не хватает.

— Чего?

— Монеты. Карусо по телефону сказал, что монету тоже нашли, но я ее нигде не вижу.

— А, ты об этом. Она лежала на столе. Криминалисты ее сфотографировали, а Лоренсо забрал на экспертизу. Он, должно быть, где-то внизу.

— Спасибо.

Прежде чем уйти, Валентина прошла вглубь библиотеки и изучила вид, открывающийся из огромных стеклянных окон. Альберто Пардо убили прямо напротив так называемой “неопещеры”, но за огромной глыбой из папье-маше не оказалось никакого прохода наружу, как ей сначала показалось, там было погруженное в сумрак помещение в светло-серых тонах. Рабочие столы, напоминавшие операционные, папки с документами и ящики с образцами, на спинках стульев висели халаты.

— Прям лаборатория какая-то, – раздался голос Ривейро у нее за спиной.

— Действительно похоже, – задумчиво отозвалась лейтенант. – Интересно, где тут хранилище, в котором находились монеты из пещеры в Пуэнте-Вьесго. Идем, нужно задать кое-какие вопросы директору музея.

Выйдя из библиотеки, они ощутили, какой тяжелый и липкий воздух внутри, словно душа погибшего все еще там. Миновав длинный коридор, спустились по лестнице и оказались в большом просторном помещении при входе в музей, из него был вход и в “неопещеру”, над которым было написано: “Альтамира 18 500 лет тому назад”.

Лоренсо Сальвадор разговаривал с Карусо. Видимо, по такому случаю капитан сделал нечеловеческое усилие и покинул кабинет. Ничего хорошего это не предвещало.

— Капитан, – сказала Валентина.

Ривейро молча кивнул начальству.

Карусо, не расщедрившись на приветствие, обрушился на них:

— Редондо, черт побери, надеюсь, вы очнетесь наконец от спячки! У нас за два дня три трупа.

— Капитан, прошли только сутки, а мы уже достаточно продвинулись, невозможно…

— Невозможно? Не трахай мне мозги, лейтенант, невозможного не существует. Жду от тебя результатов. Немедленно! Покажите, что вы, как и прежде, образец скрупулезности и эффективности. К нам наверняка пришлют людей из Мадрида, к их приезду все должно быть безупречно, комар носа не подточит. Все ясно?