Книга Призраки дальних дорог, страница 67 – Иар Эльтеррус

— Нет... — убито ответила тварь. — Но почему я должна делать им что-то хорошее?! Это они мне должны! Все и всегда мне и только мне должны! Я — ма-а-а-ленька-а-а-я-я...

— Маленькая? — переспросил Артем. — Тебе сотни тысяч лет, а ты маленькая? Нет, милочка, ты самый обычный паразит. Сколько, интересно, хотя бы последние сто лет по твоей вине погибло разумных? Жаль не узнать...

— Почему же? — вступил в разговор кто-то могущественный, и юноша узнал в нем Судию. — Шестьсот сорок с небольшим миллионов разумных, причем большинство умирало очень мучительно. Она, понимаешь ли, развлекалась.

— Да-а-а! — снова отчаянно завизжала тварь. — Развлекалась! А почему нельзя?! Кто это сказал?! Это моя свобода!

— Ты забыла основную истину мироздания, — брезгливо ответил Артем. — Не делай другому того, чего не хочешь получить сам. За все и всегда приходится платить ту или иную цену. Пришло твое время. Высылка за пределы мироздания с запретом возвращения когда-либо! Приговор вынесен и обжалованию не подлежит!

— Приговор вынесен! — присоединился к нему Судия.

— Приговор вынесен... — тысячами лились на них образы других сущностей и сверхсущностей, откуда-то узнавших, что происходит. — Обжалованию не подлежит...

В этих образах буквально клубилась безумная радость. Это как же Малышка им всем нагадила, что ее так ненавидят?

— Не-е-е-е-т... — безнадежно завыла она, уже начиная понимать, что на сей раз остаться безнаказанной не получится.

— Да! — отрезал Артем.

Что он сделал дальше юноша не понял, казалось, протянул руку куда-то очень далеко, раздвинул бесконечные пологи, открыв проход в какую-то пустоту, откуда повеяло холодом и страхом. А затем вышвырнул туда тварь, звавшуюся словно в насмешку над всеми, чью жизнь она искалечила, Веселой Малышкой. И закрыл проход, запечатав своей печатью Странника линии Авари. Откуда он знал, как все это сделать? Трудно сказать, потом Артем не раз ломал над этим голову, но так и не нашел ответа.

— Благодарим тебя, Восьмой... — сотнями и тысячами сыпались на него образы самых разных сущностей и сверхсущностей, от богов и духов до архангелов и архидемонов, тварь достала до самых печенок даже их. — С нас причитается. Обращайся, если что...

Юноша вернулся в тело и понял, что Красавица уже ушла по-английски, не прощаясь. Напротив него стояли две высокие жрицы с грубоватыми, жесткими лицами и монументальными фигурами, от них так и веяло концентрированной женственностью и нескрываемой похотью. Вспомнив, что ему вскоре придется вытерпеть от них, Артем тихо вздохнул про себя. Ничего, вытерпит. За все в жизни приходится платить. Сглупил — получи по полной программе.

Взмахом руки приказав жрицам и остальной свите следовать за собой, юноша покинул храм богини Любви.

Глядя на невозмутимого Артема, Аллири то краснела, то бледнела, ломая пальцы и не зная, что сказать. Она не понимала, что за наваждение на нее нашло, каким образом она решилась сотворить тот кошмар, что сотворила на прошлой встрече, да еще и вместе с подругами. Но ладно бы только с подругами, они клятву давали и не проговорятся, так она, войдя в раж, велела еще десятка полтора фрейлин позвать, приказав им как можно сильнее унижать ее жениха, принцессе его унижения почему-то доставляли острое, незабываемое, невероятное наслаждение. А после расставания она все время мечтала сотворить с ним еще более гнусные и неестественные вещи, почему-то не понимая, что для нее такое неестественно.