Книга Другие дороги, страница 103 – Иар Эльтеррус

— Я все понимаю, — тяжело вздохнула Аня. — Но, повторяю, давайте не будем спешить. Сама я, в общем, уже не особо против, хоть и трудно будет такое принять. Решение за Рухосом. А теперь, простите, я пойду домой, очень устала сегодня.

Молодой семье Сайдаровых выделили две большие комнаты в теплом бараке, и молодая учительница потихоньку делала их уютными. Вязала салфеточки, подшивала занавески, старалась украсить жилье по возможности. Хоть что-то старалась сделать дома каждый день. Но сегодня она действительно настолько устала, что собиралась лечь спать даже без ужина. Однако не получилось — внезапно завибрировал амулет связи с руководством колонии, Ане, как комсоргу Новомарсианска, выдали такой.

— Товарищи, завтра в восемь утра прошу собраться на внеочередное совещание! — раздался из медальона голос полковника Зверева. — У нас проблемы, которые требуют срочного решения.

Аня тяжело вздохнула и перевела стрелку будильника на час раньше. Теперь поспать до восьми, как она надеялась, не получится. К сожалению, полковник не сообщил, что именно произошло. Но усталость оказалась такова, что молодая учительница едва смогла заставить себя раздеться, рухнула в постель и мгновенно уснула.

Просыпалась Аня тяжело, словно выныривала из-под воды. Будильник надрывался, отдаваясь в голове тяжелым звоном. Она со стоном выползла из-под одеяла и поплелась к умывальнику. Только после того, как раз пять умылась холодной водой, молодая учительница немного пришла в себя. Пожарила яичницу из двух яиц и заставила себя ее съесть — есть не хотелось совершенно. Но надо. Похоже, начинается токсикоз. Как только выдастся свободная минутка, надо будет посетить врача. Не дай Бог что с ребенком!

Идти к горисполкому пришлось по узким тоннелям между снежными стенами, только их удалось расчистить руками. Но Аня успела вовремя, и без пяти восемь вошла в небольшой зал заседаний, где уже собрался актив города. После нее пришел только начальник коммунального хозяйства, Ефим Николаевич Шараев, старый холостяк, которому, впрочем, недолго осталось ходить таковым — вокруг него увивалось несколько переселенок, и он понемногу начал сдавать позиции, допустив двух их них в свою постель.

— Ну вот, все собрались! — вышел к кафедре полковник Зверев. — Здравствуйте, товарищи! Как я уже говорил вчера, у нас с вами проблемы. Сегодня прибывает большой караван из Миросплетения!

— Так далеко не первый, — растерянно посмотрела на него Марина Степановна Игольникова, возглавляющая комитет по делам семьи. — По пять в день бывало с Земли приходило.

— Не путайте караваны, которые вели либо наши граждане, либо давшие Союзу клятву верности, с нанятыми, — скривился военный комендант. — Нет, такие тоже бывали, но они уходили обратно сразу после разгрузки. Этот же караван пришел очень издалека, и его владельцы запросили отдых на два дня для своих людей. Здесь отдых, в Новомарсианске! К счастью, не весь караван задержится, только шесть галеонов. Это около четырехсот человек. Может, немного больше. При этом Москва попросила, чтобы они остались довольны. И предупредила, что если возникнут ненужные инциденты, то последуют соответствующие оргвыводы.

— И что, мы не сможем обеспечить им спальные места и кормежку, что ли? — удивился Ефим Николаевич.