Книга Мой лифт — Моя крепость, страница 72 – Андрей Проходский, Павел Кабаргов

Ответов в дневнике, разумеется, не было.

Зато там нашлась полезная подсказка.

Охота.

Я поднялся и направился к коробкам, из которых я и прихватизировал свой пантовый костюмчик.

Если хозяин любил охоту, да так, что даже дочь считала её главным соперником за его внимание, то где-то могли бы найтись и принадлежности для столь осуждаемого мной ещё недавно развлечения для богатых.

Откинул коробки с одеждой, под которыми и нашёл несколько пластиковых контейнеров и большую зелёную сумку с кожаными вставками. Поднять её одной рукой не получилось. Пришлось ухватиться за ремень и волоком вытащить к месту, где был закреплён мой фонарь.

Сверху лежала сложенная охотничья куртка.

Под ней обнаружились перчатки, защитные очки, несколько флаконов оружейного масла, шомполы, ёршики и набор отвёрток. Чем глубже я забирался, тем интереснее становилось содержимое.

Пластиковые коробки со стреляными гильзами.

Пулелейки.

Мерки.

Весы.

Какие-то матрицы и приспособления, назначение которых я мог только угадывать.

В боковом кармане нашлись несколько тонких брошюр:

Самостоятельное снаряжение дробовых патронов.

Подбор навески для гладкоствольного оружия.

Уход и хранение охотничьего ружья.

Я листал инструкции, всё сильнее радуясь.

С таким набором можно было делать патроны.

Не сейчас, конечно. Для начала требовалось найти порох, капсюли, дробь и ещё кучу вещей. Оружейный стенд давал только по одному боеприпасу за двенадцать часов, и возможность снаряжать их самостоятельно могла оказаться бесценной.

Но, к моему глубокому разочарованию, оружия нигде не было. Готовых патронов, как и пороха с капсюлями, тоже.

— Ну конечно. Всё не могло пройти так просто.

Самое опасное и ценное хозяин либо держал с собой, либо хранил в сейфе, который ещё не перевезли.

Зато инструменты остались.

Я сложил всё обратно. Полностью вытряхивать сумку не стал. В глубине лежала ещё одна охотничья куртка и несколько свёрнутых зимних вещей в какой-то мягкой упаковке. Одной рукой разбирать их было неудобно, плечо снова начало ныть, а стоит только представить, как потом придётся забивать всё это обратно, вообще становилось жутко. Полезные предметы я уже нашёл, так что похер на остальное, зима наступит, тогда и достану.

Воодушевившись находками, я продолжил заниматься благородным искусством любого геймера — лутингом. Рядом как раз стоял небольшой ящик с женскими вещами. Верхний слой занимали ремни, шарфы и косметички. Под ними нашлась компактная деревянная шкатулка.

Внутри лежали украшения.

Несколько золотых колец, тонкая цепочка, серьги, брошь и небольшой браслет. Никаких корон, фамильных алмазов и чемоданов с долларами. Просто дорогие вещи, которые женщина, вероятно, не успела разобрать после переезда.

В соседней коробке обнаружились часы.

Двое мужских, одни женские. Одни мужские выглядели достаточно дорогими, чтобы даже я боялся оставить на них царапину.

Я аккуратно покрутил их в пальцах.

Сейчас всё это было бесполезнее банки тушёнки. Золото не лечило раны, часы не набивали пустой желудок, а брошью сложно остановить гоблина.

Но одно я знал точно: люди всё равно останутся людьми.

Рано или поздно появится торговля. Кто-то станет менять лекарства на еду, инструменты на оружие, а потом снова вспомнит, что маленький кусок золота удобно носить и легко прятать.