Книга Солнца трех миров, страница 85 – Юрий Соколов

— Он сто раз видел, как мы открываем двери и ворота, — сказал я. — А закрыть их за собой — только захлопнуть.

— Эрав мог пойти лишь к хоулу, — пробормотал Эпштейн. — И, конечно, найдет к нему дорогу.

— Надо его догнать! — сказал Витя.

— Зачем? — спросил я.

— Затем, что вернувшись на Гилею со своим неверием, он там все заветы и договора порушит!

— И что ты хочешь сделать? Убить его? Держать при себе насильно?

Витя замолчал. Слово взяла Даша:

— Не такой Эрав дурак, чтобы из-за своего разочарования в нас разрушить веру остальных большеногих, и особенно крысолюдей, в завет с Лестрой. А найти его надо потому, что он не дойдет до хоула. Он кто угодно, только не пустынник. А тут кругом ящеры.

— И что потом? — спросил я.

— Как — что? — удивилась Даша. — Поможем ему добраться туда, куда он хочет.

— Тогда седлаем квадрики — и вперед, — сказал Лысый.

— Он твои квадрики услышит за семь верст и спрячется, — возразила Машка. — У него уши как у Чебурашки. Лучше пешком.

— Первую часть пути на квадроциклах — потом пешком, — помирил их я.

Вокруг заставы все было истоптано, в том числе Эравом, и нужную цепочку следов мы нашли не сразу. Отпечатки широких босых ступней вели мимо расстрелянной автоколонны в сторону хоула. Шагая, большеногий тяжело опирался на свою острогу — следовательно, запас воды с собой он взял изрядный. Прикинув, сколько мог пройти Эрав за полдня, мы вскочили на квадроциклы, сделали большой крюк по пустыне и вышли ему наперерез. Но почти сразу обнаружили ту же цепочку следов, уходящую дальше.

— Выходит, он ушел ночью, — сказала Инга.

— Ну да, он первым дежурил, я его сменял, — отозвался Витя. — Наверно, ушел сразу после этого.

Проехав еще несколько километров, мы бросили машины, пошли пешком и уже ближе к вечеру наткнулись на стоянку Эрава. Здесь большеногий отдохнул, перекусил и двинулся дальше.

— Вынослив, чертяка, — заметил Лысый. — Решил до темноты идти. А потом, поди, засядет где-нибудь в кустах, хорошенько перед этим запутав следы.

— Тогда надо найти его пока не стемнело, — сказал Эпштейн.

— Глядите-ка! — воскликнул Витя.

Все бросились к нему. У его ног на песке отчетливо виднелся отпечаток — похоже, здесь Эрав свалил с себя рюкзак с флягами и консервами. Это мы уже видели. Но Витя указывал на другой отпечаток — рядом, не такой заметный. От винтовки с подствольным гранатометом.

— Готов поставить что хочешь — у него не одни фляги в рюкзаке, — сказал я.

— Молодец, что скажешь, — буркнул Лысый. — А мне было показалось, что винтовки ему не понравились.

— Может, он просто хотел, чтоб мы так думали, — сказала Даша.

— Пошли дальше? — предложила Машка.

— Пошли…

В километре от стоянки в пустыне валялись четыре дохлых ящера, искромсанных пулями. От пятого остался лишь хвост — мы долго гадали, где остальное, пока не сообразили, что остальное убежало. Без этого хвоста, который оторвало взрывом гранаты.

— Ай да Эравчик! — восхитилась Таня. — Будем продолжать набиваться ему в провожатые — или уж пусть сам до хоула идет?

— И что он на Гилее учинит, когда дойдет? — призадумался Эпштейн. — Сколько он утащил с заставы патронов и гранат? Как хочет их использовать?

— Неважно, — сказала Инга. — Главное, что он знает дорогу сюда. Если решит мстить коху, ничто не помешает ему вооружить винтовками всех большеногих и устроить крысолюдям образцовый геноцид. Во имя восстановления справедливости и возвращения исконных земель большеногих на нижней равнине… Эраву достаточно сказать своим, что время обещанной Лестрой войны уже пришло, а чудо-оружие — ее дар любимому народу.