Книга Солнца трех миров, страница 74 – Юрий Соколов

— Я воин коху! — глухо твердил он, царапая когтями землю. — Я храбро бился, я не боюсь смерти!.. Я посланник богов — мне не больно! Не больно! Не больно!..

Мы столпились вокруг, не решаясь перевернуть Кирдыка на спину. О том, чтобы перенести его на стоянку, не могло быть и речи. Он собрался с силами и перевернулся сам; кровь хлестала из ужасающих ран по всему телу и стекала в лужу, которая становилась все больше и больше. Таня в ужасе закрыла лицо руками, Даша выронила свой лук и прижалась ко мне. В одном теле просто не могло быть столько крови!..

— Не больно! — хрипел Кирдык. — Не больно! Я не боюсь смерти!..

Но все видели, как ему больно, и как он не хочет умирать. Инга опустилась возле крысочеловека на колени и протянула к нему руки. Кирдык, прекратив терзать землю, сжал их своими лапами.

— Ты лучший из коху, — тихо сказала Инга. — Ты избранный среди нас, ты Храбрость посланников. Лестра примет тебя в своей обители и прославит среди всех родов твоего народа, и среди большеногих. Богиня великой реки воскресит тебя, и ты снова будешь жить…

Она еще что-то говорила, путала слова языка крысолюдей с русскими словами, плакала от чужих страданий и от собственной лжи. Кирдык успокоился, затих, потом широко раскрыл глаза, выгнулся дугой, испустил боевой клич и умер.

Больше никто не ложился — мы вернулись в круг из костров, оставив снаружи Витю с карабином. Эрав остался сам, и до утра скорбно сидел возле тела своего бывшего врага, ставшего ему другом. Когда стало светать, он похоронил Кирдыка, засыпав его тело песком и обложив могилу камнями. Лысый водрузил сверху отрубленные головы двух убитых ящеров.

— Воды уже в обрез, еды тоже, — сказал он присоединившись к нам. — Правда, теперь нас на одного меньше, а ящеров можно попробовать пустить на шашлык.

— Их мясо в пищу подойдет, — подтвердила Инга. — Хотя оно наверняка противное, как и у всех хищников.

— Они хотели сожрать Кирдыка, — напомнила Даша.

— Ну не сожрали же, — ответил я. — Тем более не переварили. Хотя да, лучше бы найти другую снедь.

— Все-таки мы еще городские пижоны, — сказала Таня. — Вторая планета на счету, сидим посреди пустыни, и все рассуждаем, что можно есть, а что нельзя. Ты, Серега, сколько крысолюдей перебил в большом бою на реке?

— Я не считал.

— А ты, Дашка?

— Бой — это бой, — отрезала Даша.

— А сегодня ночью у нас было дружеское знакомство с представителями местной фауны?

— Да отвяжись ты от меня, Тань! Давай тогда уже и Кирдыка откопаем и съедим?

— Кирдыка трогать не станем, — успокоил Дашу Лысый. — А ящеров все же съедим. Предлагаю идти еще один день до вечера. Травы больше стало, звери появились. Где-то дальше должна быть вода.

Собрав пожитки, мы тронулись в путь, и не успев как следует отойти от стоянки, наткнулись на обгоревший военный вездеход. Его широкие колеса на четверть занесло песком, сдвоенная пушка смотрела в небо с бессильной угрозой. Дальше стояли два расстрелянных вдрабадан грузовика, еще один вездеход и двухместный внедорожник с зенитно-ракетной установкой. Поодаль нашелся развороченный квадроцикл. В другой стороне — еще один, почти целый.

Из песка местами торчали кости, ветерок трепал зацепившиеся за них обрывки обмундирования. Пустынные падальщики славно попировали здесь после обстрела этой колонны.