Книга Солнца трех миров, страница 130 – Юрий Соколов

— Пожалуй, — согласился я.

— Обязательно, — поправила меня Машка.

Мы примяли густую траву, уселись и пустили по кругу калебас. Даже трезвенник Танзоро не отказался разок глотнуть за компанию, а уж остальные старались вовсю. В итоге мы оказались куда пьянее, чем было разумно перед переходом. Особенно усердствовала Машка. Что-то ее угнетало в последние дни, а что — она не говорила.

Когда калебас опустел, Даша обнялась с Ингой, а Машка — с Лысым, и они всплакнули напоследок. Мы с Эпштейном долго жали Лысому руки, а Даша его еще расцеловала:

— Это чтоб ты тут земных девушек не забывал.

— Да ладно, чего вы все, — сказал Лысый. — Может, еще увидимся.

Нацепив на себя рюкзаки, мы пошли к просвету между деревьев. Напоследок оглянулись: Инга, Лысый и Танзоро смотрели нам вслед, стоя в невидимом подъемнике доставившей нас сюда машины, в двух метрах от земли.

Выйдя из хоула, мы оказались на улице малоэтажного, явно провинциального городка. Маскировка наших комбезов, заботливо включенная перед переходом, вырубилась напрочь и обратно включаться не хотела. Было лето, утро, по проезжей части проносились машины — некоторые сбавляли ход и подруливали к стоянкам. Вокруг нас молча и сосредоточено спешили по тротуару немногочисленные пешеходы. Внезапно обнаружив в своей среде четверых вооруженных до зубов головорезов в камуфляже, все они моментально куда-то рассосались. Мы огляделись, стараясь сориентироваться. Вывески и надписи на рекламных щитах были на английском. Над одним из зданий развевался флаг Соединенных Штатов.

— Вот он, проклятый, звездно-волосатый! — пробормотала изрядно хмельная Машка.

— Интересно, есть тут поблизости компьютерный клуб? — спросил Эпштейн.

— Некогда искать, — сказал я. — В полицию о нас, скорее всего, уже сообщили. Вон супермаркет. Думаешь, там Интернета нет?

— Может и не быть.

— Тогда будем считать, что нам не подфартило.

Рысцой перебежав улицу, мы вошли в магазин через стеклянную дверь. Я запер ее с внутренней стороны и перевернул висевшую на ней табличку с «открыто» на «закрыто». Молодой парень на кассе отодвинул от себя ноутбук, встал и приветливо нам улыбнулся. Рассмотрев в подробностях, расхохотался и что-то сказал.

— Что он говорит? — поинтересовался я.

— Спрашивает, действительно ли мы хотим его ограбить с помощью дешевых детских игрушек, что у нас в руках, — аккуратно перевел Эпштейн.

— Игрушек? — возмутилась Машка, подняла винтовку и выстрелила из подствольного гранатомета по проходу между стеллажей.

Граната улетела в самый конец длинного помещения, взорвалась, и стеллажи там попадали. Мы оглохли, а парень побледнел, поднял вверх дрожащие руки и отступил от кассы.

— Зря ты так, тетя Маша, — сказал я, прочищая ухо мизинцем. — А если там кто-нибудь был?

— Да и хрен с ним, — хладнокровно ответила Машка. — Не люблю я американцев. Чего они, в натуре? В каждой бочке затычка. Задолбали.

Мы сняли с себя рюкзаки. Эпштейн вежливо подтолкнул парня стволом винтовки обратно к кассе и сел к ноутбуку.

— Куда тебе надо-то? — спросила Даша.

— В мой аккаунт в Фейсбуке, — ответил он. — Послание я давно заготовил, текст наизусть помню. Опубликую его и разошлю личные сообщения кое-кому из фрэндов.

— Камера на этом ноуте есть?.. Есть. Видео еще запиши.