Книга Ретроскоп, страница 40 – Юрий Соколов

— Для меня не секрет, что кое-кто из собравшихся добился больших успехов в изучении Тёмного периода, чем официальная наука. И если уж мы порознь смогли это сделать на слабеньких домашних ретроскопах, то что же произойдёт, если мы объединим усилия здесь, в институте? Даю вам слово, что никаких преследований с моей стороны не будет, и дальше нашего отдела ничего не пойдёт, даже если добытые вами данные получены не так, как это принято по методике Оллентайна. Всё равно вы не сможете официально опубликовать свои материалы вне «Кроноса» в качестве научных работ, а как относятся к самодеятельным исследователям на «Кроносе», вы знаете. Я никому не предлагаю отдавать то, что имеет коммерческую ценность. Наоборот, меня больше интересуют хроники, которые продать нельзя. Зачастую они более полезны для создания новых платформ, и более информативны.

Заседание отдела было закрытым, но по крайней мере часть сказанного дошла до Оллентайна, и с тех пор Стейбус не раз ловил на себе его косые взгляды. Однако профессор не счёл возможным вмешиваться в действия своего ставленника. Напротив, он подал прошение в Академию Времени о присвоении Поксу статуса управляющего второго разряда.

— Если проколешься, старина Олли порвёт тебя на части, — предупредил старший ретропрограммист института Отон.

— Я не проколюсь, Алекс, — ответил Стейбус. — В любом случае для меня лучше вылететь из института, чем наблюдать, как мы год за годом топчемся на одном месте. О да, работа идёт, мы вовсю шерстим древние культуры Земли и добились немалых успехов. Но самое-то интересное — когда, как и отчего погибла цивилизация — мы до сих пор не знаем. Как образовался Хаос и что он такое? Что там внутри? Если будем действовать как раньше, то и не узнаем никогда. Относительно исследований в прошлом Оллентайн прав почти во всём, я первым готов подтвердить это. Он стоял у самых истоков ретроскопии, его способ хорош для любых временных зон. Но только не для Тёмного периода.

— Сам-то не боишься? — пытливо взглянул на него Отон. — До сих пор мы работали в хорошо знакомых стабильных зонах. А Тёмный период — это такая почва… Вдруг свойства времени там другие? Не на пустом же месте образовался Хаос. Не напортачить бы чего. Прошлое должно оставаться неизменным…

— А иначе нам всем кердык, — закончил Стейбус.

Отон расхохотался:

— Что за слово? Забавно звучит. Из прошлого?

— Да. Вероятно, тюркского происхождения. В татарском языке употреблялось в значении: «истреблять», «уничтожать», «губить», «разбивать противника» и так далее. Впоследствии получило распространение в некоторых других языках в качестве существительного. Один из созданных тобой славянских лингвистиков перевёл его как «гибель, смерть, окончательное и необратимое уничтожение объекта; преднамеренно созданная неблагоприятная ситуация с плачевным финалом или фатальное стечение обстоятельств, приведшее к неизбежному концу чего-либо или кого-либо». Видишь, сколько надо объяснений, чтобы обрисовать то, что раньше обозначали одним словом? Точно также и с нашими методиками. Они слишком громоздки. Когда сталкиваешься с нестандартной ситуацией, они только мешают работать. Я уже не упоминаю о тысячах никому не нужных устаревших ограничений.

— И всё же, надо быть осторожнее.