Книга Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть I, страница 62 – Вел Павлов

Физиономии тех, кто слышал мою речь с каждым произнесенным именем и словом становились до безумия мрачными. Те, кто знали, что случилось, реагировали вполне сдержанно, а вот те, кто был не в курсе, хмурились сильнее, и по стройным рядам храмовников всё чаще раздавались обескураживающие возгласы и шепот.

— Смазливая мордашка, хочешь сказать, что Юннар Волчий Король подох, как какая-то вшивая дворняга? — угрюмо вопросил Холунд.

— Не стоит так на неё давить, — с надменной ухмылкой отозвался я. — Ведь и сама Уллуса с Каэроном едва сумели от меня уползти. Не правда ли, крошка? — с довольством осведомился я у лисицы.

— Я вырву твоё сердце! — озлобленно прошептала зверородная, крепко сжимая дрожащие пальцы в кулаки. — Жизнь отдам, но вырву твоё проклятое сердце!

— Сердце⁈ Ну и насмешила. Удачи тебе в этом. Как только найдешь то, чего больше нет, обязательно уведомь меня! — с весельем отмахнулся я, но вот прозвучавший далее глас, заставил вновь замолчать.

— Когда ты успел обезумить так сильно? У тебя было светлое будущее! Ты мог стать могучим отмеченным. Неужели связь с проклятым клинком изменила тебя до неузнаваемости?

— Избавь меня от своих нравоучений, старик! — сухо отрезал я, с раздражением глядя на Ингмара. — Можешь считать, что я был безумен с рождения. У моего проклятого клинка больше чести, чем у всех ваших покровителей вместе взятых! По крайней мере мой клинок не убивал невинных разумных из Пятой Династии! Мой клинок не истреблял целой народ из-за алчности и жадности! И не мой клинок убивал детей! Ваши обереги более прокляты, чем кто-либо из ныне существующих.

— Взгляни на себя, Ранкар! — вдруг вклинилась в разговор первая после Темиды. — В кого ты превратился? Кем ты стал? Монстром и чудовищем! Разве этого хотела для тебя Имания? Разве…

— Что ты там вякнула, Вивиан⁈ — поморщился озлобленно я, исподлобья посмотрев на женщину, а слова о тётке больно резанули по хлипкой сдержанности. — Ты винишь меня⁈ В кого я превратился⁈ А В КОГО ПРЕВРАТИЛАСЬ ТЫ, КОГДА ПРИШЛА НА ПАРУ С УБЛЮДКОМ ВЕНДИГАЛОМ ЗА МОЕЙ ГОЛОВОЙ НА ВЕЛИКОЙ СОТНЕ⁈ КТО НАТРАВИЛ НА МЕНЯ СТАРУЮ МРАЗЬ ИВОРУ ФИАН⁈ ГДЕ ТОГДА БЫЛА ТВОЯ ХВАЛЁНАЯ ЧЕСТЬ, КРИСТАЛЬНАЯ ВЕДЬМА⁈ ДАЖЕ НЕ СМЕЙ УПОМИНАТЬ ИМАНИЮ! ПОСМЕЕШЬ ЕЩЕ РАЗ РАЗИНУТЬ ПАСТЬ И Я ПЕРЕРЕЖУ ТВОЮ ГЛОТКУ!

Правда! Правда всегда разила на порядок яростнее и сильнее любого оружия. С каждым словом лицо Вивиан Кальн становилось растерянным, ведь против правды бессильны даже Небеса.

Вот только спор с отмеченными завершилась так же быстро, как и начался. Полдень пробил в тот самый момент, когда я закончил говорить и массивные каменные врата Храма Соприкосновения стали медленно отворяться у всех на глазах.

— С удовольствием еще бы поболтал со всеми вами, — скупо добавил я, медленно шагая вперед, — но, увы, нас уже ждут. Так что свалите прочь и дайте дорогу.

Стоило нашей группе двинуться вперед, как наперерез мне и владыкам Инферно выступили Арнлейв, Вендигал, Магнус и Уллуса.

— Нас послали встретить вас, — невозмутимо пробормотала предводительница валькирий, — и мы сопроводим вас до общего чертога.

Как и ранее женщина была выше меня на целую голову. Всё тот же белоснежный доспех. Всё то же сияющие копье, олицетворяющее дар оберега. Прямо сейчас мы являлись полными противоположностями. Свет и Тьма. Белая воительница и черный воитель. Двуликое хвалённое добро и такое же двуликое зло.