Книга Эпоха Опустошителя. Том X, страница 28 – Вел Павлов

— Не хочу признавать собственной слабости, — чуть тише добавила горгона, а весь её деспотичный нрав словно улетучился. — Но ни я, ни Сиана не можем тебе помочь. На фоне оберегов и служителей мы просто насекомые. Обычные мотыльки. Сейчас наш уровень голубокровные и некоторые Созвездия. И именно от них мы постараемся тебя уберечь.

В ответ я лишь тихо рассмеялся, отрицательно качая головой. Как ни крути, но на своей памяти я впервые услышал от них столько теплых и ободрительных слов. К тому же о моих истинных планах они не подозревали. Не знали, что моё пребывание на Альбарре медленно подходит к концу. Осталось завершить несколько важных дел на Вечном Ристалище и спасти Фьётру, а после я и Руна будем предоставлены лишь сами себе. Наверное, именно данные мысли успокаивали неуравновешенный разум и держали мой нрав в узде.

— Сиана, Кайса, всё в полном порядке, — усмехнулся тихо я, медленно поднимаясь на ноги. — С некоторых пор многое в моей жизни поменялось и появление Тэи мало что изменит в будущем. Мне достаточно и того, что вы пытаетесь укрыть меня от голубокровных и прочей шушеры, — на миг я невольно замешкался, но против воли благодарно кивнул. — Спасибо. Обещаю, что каждый из нас добьётся того, чего желает. За сим позвольте откланяться, так как имеется еще слишком много дел.

С каждым моим словом лица девушек выказывали лишь молчаливую и тотальную озабоченность, а их удивление росло в арифметической прогрессии. Так что гостиную я покинул в звенящей тишине, оставляя обеих голубокровных в полном одиночестве.

— Что… что с ним стало? — поражено шепнула Сиана, глядя на тихо прикрывшиеся двери. — Он меняется на глазах. Меня начинает это пугать.

— Боюсь, есть что-то, чего мы не знаем, — задумчиво пробормотала горгона и сделав шаг назад, присела на кресло, где ранее сидел Хаззак. — Чем больше я его узнаю, тем больше удивляюсь. А ведь когда-то я считала, что вижу его насквозь.

— Из него клещами правды не вытянуть, — пожаловалась феникс.

— Ты тоже редкостная тихушница и о многом умалчиваешь, — угрюмо бросила Кайса.

— Кто бы говорил. Сама-то недалеко от меня ушла, — закатила глаза Сиана. — Однако речь сейчас не о нас, а о Ранкаре. Порой мне кажется, что мы видим лишь верхушку айсберга.

— Увы, — поджала губы дочь Данакта. — Мне тоже так начинает казаться. Он слишком скрытен. А если надавим на него…

— … то сделаем только хуже, — заключила удрученно феникс. — И плакали наши планы.

На целую минуту обе девушки погрузились в собственные мысли, раздумывая над произошедшим, но чуть глуховатый голос горгоны разрушил напряженное молчание.

— Как думаешь, курица, он… готов? Справится? Ставки как никогда высоки, а ноша в некотором смысле неподъёмна.

Голова Неугасаемой с каким-то изумлением во взгляде дёрнулась в сторону давней соперницы.

— Не знаю, — сдержано буркнула феникс, слегка качая головой. — Мне вообще начинается казаться, змеюка, что мои хотелки, твоя борьба за трон и наши общие желания вскоре померкнут на общем фоне грядущего будущего. Всё слишком мутно и непонятно. Лишь в одном я, несомненно, уверена, — на удивление горгоны, Сиана выдавила из себя улыбку и протянула руку Нефриту для рукопожатия. — Пока он будет сражаться за тебя и за меня, мы с тобой постараемся облегчить ему ношу и избавим от всякой приставучей шелухи.