Книга Эпоха Опустошителя. Том VIII, страница 107 – Вел Павлов

Через жалких тридцать ударов сердца всё в радиусе пары-тройки сотни метров охватила ожесточенная битва. Рык нежити только в первые секунды яростного боя чем-то напоминал пронзительный набат, но вскоре непрекращающийся вой сотен глоток банши сменился ревущей магией огня, треском барьеров и звоном харалужьей стали. Чем дольше я наблюдал за схваткой, тем более угрюмой становилась моя физиономия — в какой-то мере всё происходящее напоминало чистой воды фарс. У нежити с самого начала не было ни единого шанса на хоть какой-то проблеск победы. Цвет лучших воителей и одарённых дома Август истреблял врагов в свирепой и беспощадной манере. Но именно в этом и заключался фарс. Над нами будто кто-то насмехался, кроме нескольких сотен банши, которые являлись монстрами Высшего типа, все остальные чудовища оказались низкоранговым мусором.

Нет, ревущие твари продолжали вываливаться из пролома с молниеносной скоростью, будто их нечто гнало вперед, но я себе иначе видел случившееся — со стороны мёртвой коллизии кто-то просто-напросто избавлялся от бесполезного хлама, между делом оценивая силы живых. Лиярт Август подошел к сражению весьма изобретательным способом. Чем больше я взирал за полем боя, тем более загадочной мне представлялась костлявая тварь. Похоже, за прошедшие два года Король Мёртвых изменился еще сильнее.

— Тьфу! Мерзость! — со злобой в голосе сплюнул Эйсон. — Пусть он будет проклят!

Ауры парней я ощутил еще минуту назад поблизости. Они весьма быстро сумели отыскать меня в пылу происходящего, потому как догадывались, где я могу находится. Помимо смотровых вышек — это место было третьим по счету, откуда открывался замечательный обзор на весь пространственный разлом. Да и мы частенько тут собирались, чтобы просто побеседовать, любуясь за заходом Сиги и Меры.

— Боюсь, твоего предка прокляли еще четыреста лет назад, дружище, — задумчиво произнес Баламут, анализируя поле боя и стоя на расстоянии вытянутой руки от меня. — Странно. Очень странно. Тут только низшая нежить. Никаких серьёзных тварей. Это даже передовым отрядом назвать сложно. Складывается впечатление, что нас…

— … проверяют, — заключил с холодным смешком я. — Костлявый урод оценивает наши возможности и посредством этого мусора собирает информацию.

Гули, мумии, призраки, драугры, скелеты и банши никоим образом не могли противостоять Августам. Монотонными и выверенными действиями около четырёхсот воителей и сотня магов превращали передовой отряд в груду костей и в огромную кучу смердящей и давным-давно перегнившего подобия плоти, а призраки с жалким воем быстро развоплощались благодаря магии света. Ни рыцарей смерти, ни ревенантов, ни личей, ни некродраконов. Напрочь отсутствовали маломальски грозные монстры.

За всё время нашего знакомства я впервые видел Эйсона настолько озлобленным и свирепым. Зачастую парень являлся эталоном спокойствия и уравновешенности — моя полная противоположность. Однако при виде нежити он был готов рвать и метать. Впрочем, прямо сейчас Грация тоже неустанно порыкивала и словно желая успокоиться, тёрлась своим боком о мою руку.

— Они тебе не нравятся, крошка, не так ли?

После моего вопроса парни тотчас уставились на возбужденную хищницу, а я в ответ получил недовольное и утвердительное урчание. Грация оказалась донельзя сердитой.