Книга Ну, привет, медведь!, страница 32 – Антон Федотов

— Мне за это платят! — гордо фыркнула она, убирая револьвер, на который нет-нет да все-таки косился возница. — Эй, человек!

Бородатый мужик вздрогнул. Но все же нашел в себе силы ответить:

— Чего изволите, госпожа? — Тут же пробасил он.

— Десять цен и ты со страха разум потерял! — сделала свое предложение черновласка.

«Эх, умна! Но проще надо быть с людьми, проще!» — отметил парень. Но вмешиваться в диалог не стал. Ей же за это платят, верно?

Да и вообще, даже если мужик сейчас с козел сиганет, то скорость пролетки около пятнадцати километров в час. А мгновенно ускориться такая конструкция не сможет по определению. Так что спрыгнуть успеют. И даже относительно безопасно.

— Десять цен и ты забываешь обо всем, что сейчас случилось! — поправилась Анечка. — Две сейчас. Восемь после!

«Быстро учится!» — кивнул своим мыслям парень.

— На Сенную не поеду! — Тут же твердо откликнулся мужик.

Буровин припомнил, что и в прошлой жизни во времена империи Сенная площадь считалась одним из самых опасных и злачных мест в городе. Видимо, здесь тоже не все так просто с этим злополучным местом.

Дедова помощница тут же скороговоркой выпалила какой-то другой адрес. Парень не расслышал, но, судя по всему, возницу он вполне устроил.

— Не извольте беспокоиться, госпожа! — тут же повеселел мужик, получив пару ассигнаций вперед.

Оставалось только подивиться как меняют человека деньги. Теперь ему был и сам черт не брат.

— Цел? — лишь затем девушка принялась за осмотр молодого человека.

— Выдохся, — устало выдохнул тот.

— Меньше валяться на диване надо! — заявила решительная девица (а какой она еще может быть с револьвером-то за пазухой!), неодобрительно покосившись на приступившего к дыхательной гимнастике парня.

Некоторое время катили молча. Буровин минут через пятнадцать почувствовал себя настолько лучше, что даже начал получать удовольствие от первой в своей жизни поездке в подобном транспорте. На лошадях, кстати, ему доводилось не только кататься, но и в походы ходить. Однако верхом. И на очень спокойных… экземплярах. В сопровождении гида. А вот чтобы так…

— Значит, ничего не помнишь, да? — негромко спросила минут через двадцать Анна.

Молодой человек обернулся к ней, внимательно всмотревшись в глубину темных глаз, и медленно покачал головой.

— Ни-че-го, — медленно произнес он.

Кажется, кто-то все-таки догадался ознакомиться с его диагнозом. Скорее всего, это было не так сложно сделать. К Илоне с такими вопросами подкатывать бесполезно. Она не расколется. Особенно после сцены во дворике. А вот к прима-целителю, да с подарочком соответствующим, можно было бы и обратиться попробовать. Хотя, скорее всего, все еще проще: за небольшой «прогрев» какая-нибудь медсестричка расскажет не меньше лечащего специалиста. Особенно, если имеет доступ к карте. А Буровин сильно сомневался, что его история болезни хранится в сейфе за семью замками.

— Почему молчал⁈ — опять вспыхнула черновласка.

— Милая, а тебе кто-нибудь говорил, что в гневе ты прекрасна! — тут же отбрил Влад, нагло усмехнувшись.

Ожидаемо, девушка сбилась. Разрыв шаблона. Она еще со старыми лекалами подходит к диалогу.

— Да ты совсем⁈ — начала было Анечка разворачиваясь к парню всем телом и подаваясь вперед.

Отчего-то она была уверена, что таким маневром заставит его вжаться в сиденье и вообще примолкнуть.