Книга Магия калибра 7.62. Том 3, страница 14 – Антон Федотов

— Продолжай. — Предложил я.

— С завтрашнего дня мы втроем переходим в его непосредственное подчинение.

Я задумался.

— Что для нас изменится? — номинально мы и так числимся его сотрудниками, пусть в официальных документах девочек прописаны другие командиры.

Я же вообще являюсь младшим научным сотрудником Института стратегических инициатив.

— Ты не понял, Саш, — покачала головой огневка. — Нас оформят официально.

— Ох… — Выдохнула держащаяся за мою левую руку Громова.

Понимаю. Сам удивлен.

Корочка со старомодной, — как дань традиции, — надписью «Третье отдѣленіе»… Это почти как железобетонный бункер в кармане. Не поручусь, но вполне вероятно, что если бы такая «ксива» была с собой во время нашего пляжного «отдыха», то кое-кто скорее сам бы застрелился, чем позволил себе даже голос повысить. Серьезная здесь репутация у канцелярских среди простого люда. На господ же корочка действует очень неоднозначно: кто-то условно падает на пол, прикрывая голову руками, а в чьих-то сердцах вспыхивает пожар гнева. Лазоревые слишком многих подчистили во время мятежей лет сорок назад. Нельзя тогда было иным макаром поступить. Иначе к нынешнему году империи бы уже не существовало. Но обида в иных Родах осталась. Злая. Нешуточная. Мрачный шлейф двухсотлетней истории существования Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии словно плащом окутывает плечи подателя сего документа, распространяя вокруг ауру опасности и страха. Невольно всплыли на ум строки великолепной книги: «Есть во флоте флажный сигнал, для понимающих жутковатый и зловещий — „Следую своим курсом“. Случается, в бою или при торпедной атаке просто нет возможности застопорить ход и спасать качающихся на волнах людей, поскольку четкий приказ это недвусмысленно запрещает, у капитана другое задание, которое он обязан выполнять в первую очередь., чтобы не творилось вокруг. И тогда на мачте взвиваются флаги, составляющие звучащий смертным приговором сигнал, корабль идет, не сбавляя хода и не меняя курса — прямо по чернеющим в воде головам…»^[3]. Так вот корочка «Тройки» — сигнал менее страшный, чем взметнувшиеся к небу тревожные флаги.

Остался всего один простой и ясный вопрос — зачем?

Мы ехали на базар.

И пусть никого не смущает, что втроем, ночью, да еще и с американскими пистолетами-пулеметами наготове. Да и с обычными пистолетами, кстати, тоже.

Базар — ведь не только торговище, но еще и способ решения иных вопросов.

Было нас в старом «Форде» трое: Кареева, помощник Фрица Долгоруков, дай бог памяти, вроде бы Сергей Васильевич. Вот не хватало еще опозориться. Ну и скромный я, развалившийся на половину достаточно удобного заднего «дивана».

На троих мы вполне неплохо сообразили: пара «Томпсонов» разошлись мне и магичке и три пистолета. Стандартные 1911 ковбойского, чтоб его, производства. Подаренный Громовыми ствол пришлось оставить на базе. С собой мы брали только «обезличенные» пистолеты со спиленные в мастерской номерами. Руки жаждали АК и какой-нибудь… Хм, а вот с пистолетами в российской империи не то чтобы плохо, но найти достойный аналог классическому «Кольту» довольно сложно.

— Сергей Васильевич, что у нас по оперативной? — Поинтересовался я, закончив проверку распределения носимого БК и еще раз пересчитал магазины в салоне машины.