Книга Лежебока 2, страница 81 – Антон Федотов

Мужчина только молча кивнул, наблюдая за тем, как полковник убирает получившуюся «складку» в нагрудный карман рубашки.

— Так почему ты выжил, Григорий Констатинович? — Повторил вопрос Коротков.

— Выжил… — Словно бы очнулся собеседник. — А хрен его знает, Шеф. Мы, как нашего старшего приговорили, думать начали. По сторонам смотреть. И вот что замечать стали: кого-то отстреливали, а кому-то только пальчиком грозили за переход неких границ. Так и учились понимать, где все еще «можно», а куда лезть больше не стоит. Нам, кстати, в ту пору немало обломилось чего. Да, часть бизнеса ушла в легальную сферу. Какие-то направления мы закрыли. С политикой больше не связывались. В общем, потихоньку сложилась новая конфигурация. Ну а потому нас мало помалу «выдавили» на свет по большей части. Да, кто-то кое-где у нас порой, но в целом все стало намного тише. «Гражданских» не трогали, совсем уж не борзели. В общем, много чего нам удалось сохранить. До конца дней не бедствовал. И даже без охраны в последние годы мог позволить себе прогуляться!

Коротков покивал без всяких эмоций.

— «А кому-то только пальчиком грозили за переход неких границ»… — Задумчиво повторил он. — Хорошо сказано.

На этот раз Ромов думал долго. Очень. Молча. Никто его не перебивал.

— Вот, значит, как. — Выдохнул он наконец. — Но для этого нужна очень сильная структура. Даже на имперском уровне.

Санни улыбнулся. Одними губами. Вроде как подтвердил выводы собеседника, но дал ему возможность размышлять дальше самостоятельно. Тот возможностью воспользовался.

— Так вот ты в какую игру меня затащить хочешь. — Констатировал он наконец.

— Ну, Семен Семеоооныыыч… В смысле Григорий Константинович, — протянул полковник. — Целочку из себя строить не надо, да! Поговорим за проституцию, которую ты крышуешь? Или, может, за твои махинации кронштадские. А, может, вспомним про…

— Достаточно. — Твердо попросил хозяин кабинета, но отнюдь не положения.— -Я понял.

— И это только местные моменты. Про прошлую жизнь даже не вспоминал. Так что я сам старый соллат, — закончил АЛександр Сергеевич. — И не хрен мне петь военных песен.

И вновь тишина. На этот раз недолгая.

— Вижу, выбора у меня нет кроме как отдаться словно институтке за «айфон».

Наш командир только поморщился.

— Как грубо, Григорий Константинович! — Констатировал он. — Я бы предпочел это назвать взаимовыгодным сотрудничеством.

— Без альтернативы. — Усмехнулся собеседник.

— Не ври себе. — Посоветовал Коротков. — Альтернатива есть. Даже без вмешательства «Тройки». Просто ответить за все то, что ты уже самостоятельно и по доброй воле натворил в этом мире. По каждому эпизоду. По всей строгости закона. Готов?

А вот ответную усмешку виноватой смог бы назвать только очень богатый на фантазию человек. «Ну, бывает, чего уж тут!», — словно говорила она.

— А так я предлагаю сыграть на «белом поле». Приз очень вкусен, обещаю!

— Да у меня все есть, вроде как… — Заметил Ромов, усмехнувшись невесело.

— Да?.. — Поинтересовался он. — Ну, смотри, однова живем, как говорится. Выбор -то за тобой.

«Уважаю!», — мысленно отметил я поведение сына местного воротилы. Замер себе тихонечко, да и ждет развязки. Причем это не «стылость» от ужаса зайца при встрече с удавом. Нет, это осознанная тактика поведения при невозможности предпринять ничего лучше!