Книга ЖнецЪ. На службе Е.И.В, страница 87 – Антон Федотов

Буквально на секунду голос дрогнул, но женщина тут же взяла себя в руки. Этот разговор был очень важен для нее.

— Она понравилась этому ублюдку. Он не спрашивал разрешения, а сестренка не сразу поняла, что… не все останавливаются после слова "нет". Она в больнице уже две недели, а уголовное дело уже закрыто, вы слышите!

Брат Игорь слышал. С материалами он уже был знаком. Больной ублюдок, чьи сексуальные фантазии давно вышли за грани нормального даже по меркам аристократов, целых два часа измывался над телом несчастной. Какой-нибудь Повилас видал и не такое. Возможно, творил и сам, но он был аналитиком. Профессионалам информационной войны и обработки данных, а потому даже ему было тошно читать отчеты медиков, написанные сухими канцелярскими строками, скрывавшими ад. Целых два часа ада.

— Вы проходили собеседование в Тройке, верно? — сколь бы ярко не стояли перед его глазами образы изувеченного тела, сегодня ему было необходимо принять решение, за которое ответственность придется нести собственной шкурой.

— Аристократы… Я всегда ненавидела их, — женщина разорвала зрительный контакт, а голос превратился в глухой и безжизненный треск. — Я… Я мечтала работать там… Что я смогу стирать эти чертовы ухмылки с их надменных лиц!

Треск неожиданно почти сорвался на едва слышный крик. Как же она их ненавидела!

— Они сказали, что я сломалась, сказали, что я профессионал, но к работе с аристократами меня допускать нельзя…

Брат Игорь кивнул. Это было ее в личном деле, что удалось достать его людям.

— Я менталист, — спустя несколько секунд продолжила женщина. — Ювелир. Умею исцелять, работая с сознанием, или погружать его в лабиринт персонального ада. Я готовилась к этому два десятилетия! Я хирург, слышите! А они предложили мне место младшего дознавателя в полиции за копейки. Мне нельзя иметь свою практику, работать там, где я захочу, заниматься наукой… Вместо этого я получила допросный "куб" и двенадцать часов "ломки" ежедневно. Убийцы, наркоманы, насильники, грабители — вот что составляет мое окружение, и нет никаких шансов вырваться… Но сейчас это не важно… Катя… Моя Катя… Я хочу отомстить, слышите? Любой ценой!

Брат Игорь еще с минуту смотрел в глаза этой странной надломленной женщины. Теперь взгляд его видел сухое дерево, что готово было отправить разум в пучину собственного безумия от любого движения воздуха. Однако сорт именно этой "древесины" был чрезвычайно ценен, а дальнейшая польза колоссальной.

— Я вас услышал, — склонил голову в прощальном жесте брат Игорь. — Идите. О нашем решении вас оповестят.

Через неделю Анна Христофоровна Гренц рыдала над газетной статьей, где репортер, захлебываясь от восторга, в красках расписывал гибель молодого аристократа, заживо сгоревшего в собственной машине.

Она отомстила.

Катя умерла.

Целители не всегда способны сотворить чудо. Особенно когда их пациент не хочет спасения, а в смерти видит лишь избавление от мук этого мира.

Еще через две недели начальство ее управления подписало перевод в психологическую службу. Теперь женщине предстояло много лет карабкаться по карьерной лестнице, чтобы однажды ответить услугой за услугу.

Это время пришло.

Аристократов она ненавидела до сих пор.

Финальное, чтоб его, собеседование.