Онлайн книга «Матвей. Внештатный канцелярист»
|
Пытался дед Григорий. Около года с Матвеем работал мозгоправ Военного министерства, да только результат так и остался околонулевым. Молодой человек не принял магическое сообщество, а сообщество, в свою очередь, отгородилось от него. Дед понял это почти сразу, а военному представителю понадобилось множество бесплодных попыток, чтобы признать свое поражение. Наконец, ровно на триста шестьдесят шестой день с момента инцидента все словно забыли о перспективном боевом маге, позволив получить ему базовое образование и даже поступить в гражданский вуз для неодаренных. Тот самый, в котором он так и не успел поучиться и дня к началу нынешней заварушки. Сложно было описать словами, как был рад Воронцов, получивший весть о зачислении. Так, наверное, счастлив не был и один одиннадцатилетний мальчик из одной современной английской сказки, получивший письмо с совой в день своего рождения. И вот теперь все его планы подвисли на очень тонком волоске. Вот что мог бы рассказать Матвей в ответ на вопрос околоточного, да только кому надо слушать о его злоключениях? Вот и он считал, что никому, а потому просто спросил: — Уже вызвали, Фрол Степаныч? — Едут, Матвей Александрович, – так же лаконично ответил полицейский чин и, бросив сочувственный взгляд на в чем-то симпатичного ему юношу, покинул помещение. Ему тоже нужно было подготовиться к приезду господ, в чью компетенцию входило решение именно таких вопросов. Лучше всего обычно помогали граммов пятьдесят доброго коньяка. Но старый служака на такую вольность не решился. Кто его знает, как отреагируют эти? * * * Ожидание не затянулось. Уже через каких-то полчаса Матвею была продемонстрирована корочка со старомодной – как дань традиции – надписью «Третье отдѣленіе». Фрол Степаныч, едва разглядел буквы на корешке корочки, без всякой магии буквально испарился из помещения, а успевший вернуться из лазарета борзый, но не столь умный и резвый Ванюшка так и вовсе попытался слиться со стеной, цветом лица явно сравнявшись с беленым потолком. Податель же сего документа был личностью вполне себе симпатичной: кудрявые волосы, несколько детские черты лица и залихватские гусарские усики вместе с лукаво поблескивавшими голубыми глазами, что называется, располагали. Матвей полагал, что сего господина старательно учили нравиться людям очень толковые учителя. Однако сам обманываться хоть и был бы рад, а все ж таки не спешил! Мрачный шлейф двухсотлетней истории существования Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии словно плащом окутывал плечи молодого человека, распространяя вокруг ауру опасности и страха. Невольно Матвею вспомнились рассказы одного старика из уже вышедших в отставку гвардейцев Воронцовых: — Знаешь, Матвейка, всякое бывает в море. Вот хочется порой поступить правильно, по-человечески, а инструкция и долг велят иное. Вот возьмем флажные сигналы. Меня дрожь пробивала от одной мысли о сигнале «Иду своим курсом». Ведь случается во время атаки, что капитан обязан выполнить приказ или не может застопорить ход, чтобы помочь экипажу тонущего рядом корабля. Почему, спрашиваешь? Много причин может быть: недвусмысленный приказ или требование текущей боевой задачи… Жизнь, она штука сложная, да… Бывает так, что есть у тебя задание, которое ты обязан выполнить во что бы то ни стало. Не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Вот тогда-то, Матюш, и взмывают к небу зловещие флаги, а корабль продолжает ход прямо по барахтающимся в воде людям. И у каждого своя правда. Капитан обязан поступить именно так. И поступит. Видел я такое однажды… |