Книга Игры магов: выбор поля, страница 119 – Антон Федотов

— Ага, вот скажи, ты, рядовой, наверное, мне в морду дать хотел, да? - уже спокойнее спросил Каас. - А ты подумал, что в вертолёте находились ещё два пилота, которые, даже если допустить, что твои люди будут молчать, обязаны сообщить о таком инциденте, дошло до тебя?

— Ага, - только и нашёлся я, - так может... Кхе!!

Давно меня не учили ударами в живот. Почти отвык.

— Ты дебил? - почти участливо поинтересовался Каас.

— Что вам от меня нужно, сеньор лейтенант? .

— Что, ты совсем потерял страх?

Показалось мне или нет, но голос разведчика звучал гипертрофировано наиграно. Не думаю, что при своей выслуге он так и не стал хорошим актёром. А значит.... Меня приглашают к диалогу.

— Несмотря на явное неподчинение я всё еще остаюсь при своём звании и не в наручниках... ну, то есть не скован "Алмазным пленом", например. Невольно напрашивается вопрос: зачем я так нужен вам, что вы готовы закрывать глаза даже на такие вещи, а, сеньор лейтенант?

Каас секунд сорок смотрел мне в глаза, после чего негромко сказал:

— Когда-нибудь твоё чистоплюйство погубит твоих людей. Думаешь, мне не жалко погибших парней? Да, жалко! Сегодня вечером я наверняка помяну их бутылочкой - другой достойного коньяка. Однако в этой ситуации так было надо!

— Кому? - решил не сдаваться я.

Каас лишь поднял глаза к потолку, помолчал с полминуты, после чего неожиданно спросил:

— Знаешь, почему второй снайпер ты, а не Екатерина?

— Никак нет, сеньор лейтенант, - этот вопрос, не смотря на страх и неопределенность ситуации, меня действительно волновал.

— Открою тебе секрет, - тихо произнёс Каас. - По результатам тестов она отстрелялась чуть хуже тебя, да и по остальным дисциплинам ты чуть выше. Однако ты слишком самоуверен. Впрочем, это лечится. Гораздо хуже, что ты плохо контролируешь себя. Снайпер, как и любой охотник, должен быть спокоен и выдержан. До безразличия спокоен и выдержан. У тебя это здорово получается... Пока ты работаешь по мишеням. А потому будем избавлять тебя от лишних рефлексий при виде чужой крови: завтра ты отправляешься на скотобойню и лично забьёшь полсотни коров, перерезая им глотки собственным ножом. Однако это будет завтра, а сегодня у меня для тебя не менее интересное задание. Собирай свою "пятёрку", мы идём прогуляться по Перми. А что касается твоего вопроса.... Ты прав, любой из твоей пятёрки, допусти он такое хоть единожды, давно бы шагал в комендатуру под присмотром "гестаповцев". И это повод задуматься. Потом. А сейчас шевелись!

***

— Давай, - прервал мои мысли и воспоминания все такой же скучный и сухой голос. - Пора.

Я сделал. Страх и напряжение нашли свой выход в ненависти. Ненависти и действии. Действии, отточенном до автоматизма на сотнях тренировок, но сегодня впервые примененном на живом существе. Задрав морду собаке, я, с ненавистью глядя прямо в глаза Каасу, аккуратным и быстрым движением перерезал животному горло. Как же я хотел, чтобы на ее месте оказался ненавистный куратор. Почти наяву видел бесшумный подход из-за спины, одно единственное молниеносное движение ножом и аккуратный толчок в плечо, завершающий силовую акцию. Как бы здорово было, чтобы это Каас издавал последние на этом свете хрипы у моих ног, наблюдая, как вместе с кровью из перерезанного горла выплескивается жизнь.