Книга Месть Артефактора 1, страница 7 – Антон Федотов

В общем коридоре было малолюдно. Студентов еще нет. Они прибудут через три месяца. А вот абитуриенты уже с июня съезжаются со всей империи, чтобы получить лучшее образование в стране. Для многих это действительно жизненный шанс добиться положения своими усилиями. И, надо сказать, возможность была вполне реальной. В это заведение если и зачисляли по блату, то только под очень большим прессом. А такой на курируемое лично императором Петром Романовым учебное заведение по определению оказать могли очень и очень немногие. Так что могли сюда пробиться и слабосилки, и простолюдины.

В общем-то, темноволосый крепыш считал подобный шанс и своим. Это Артем без труда устроится по жизни как официальный наследник Великого Рода. А вот ему придется постараться. С другой стороны, Приимков своему неприятелю не завидовал. Слишком велико ожидание общества — попробуй ему соответствуй. И да, он не перестанет прикалываться на эту тему, но прекрасно осознавал, что вид «с иголочки» вызван вовсе не метросексуальностью, а той самой необходимостью доказывать, что достоин столь высокого звания.

Двое мужчин молча наблюдали за изображением на видеопанели, занимающей едва ли не полстены кабинета. Впрочем, объективности ради, следует добавить, что не слишком большого кабинета.

Однако вполне себе комфортного. Его владелец, седой широкоплечий мужчина со шрамом на левой половине лица, искренне считал, что пусть в огромных залах сидят те, кому положено по статусу и званию. Например, его начальник. Некогда генерал, а ныне ректор Пожарский. Вот уж у кого самый настоящий аквариум!

— И что я должен тут увидеть? — Поинтересовался тот самый генерал-ректор, удобно устроившись на одном из стульев в кабинете своего зама по безопасности. — Ингварь Григорьевич, сейчас, конечно, не разгар учебного года, но дел у меня полно!

Обычно он обращался к своему заму по имени-отчеству только когда был сильно недоволен, либо хотел подчеркнуть свои слова.

Глава службы безопасности ММГУ откинулся на спинку своего кресла, но отвечать не спешил. Тут следует отметить, что именно про него в московских салонах можно было нередко услышать шепотки «тот самый Минин», неизменно отпущенные тоном хоть и приглушенным, но обязательно уважительным. А иногда и с нотками страха. Обоснованного.

Его начальник, кстати, на ответе настаивать не стал. Не смотря на собственное же ворчание, он прекрасно понимал, что Московский Ловчий, как его зама нередко называли в определенных кругах, просто так дергать его не будет. Значит, что-нибудь интересное он сейчас расскажет. Однако сложившийся за многие десятилетия стиль общения доставлял удовольствие им обоим. Так что ворчали они оба по поводу и без постоянно. Ходит легенда, что в особо острые моменты их «обсуждений», иные секретарши в приемных сидели на глазах. Так ли это, доподлинно неизвестно. Но пару раз их дебаты рукоприкладством заканчивались.

Пока же на экране видеопанели не было ничего особенного. Всего лишь изображение одной из запасных аудиторий, где расположились двое мальчишек. Первый сел за одну из парт, сложив руки перед собой. Не было в нем ничего заслуживающего внимания. Длинные светлые волосы, завязанные сзади в хвост, да темный пиджак. Большего не позволяли сказать неудачный ракурс камеры и «естественное» увеличение. Впрочем, если бы Ловчий хотел акцентировать внимание на чем-то конкретном, то наверняка бы увеличил изображение. Второй абитуриент был стоял у доски. Темная рубаха скрывала явно спортивную фигуру, а светлые джинсы… Ректор поморщился. Да, в угоду демократичности ныне допустимо ношение этого изобретения американских рабочих в стенах университеты, но лично он помнил еще времена…