Книга Гимн шута 6, страница 2 – Антон Федотов

Мужчина аккуратно подтолкнул господина в спину. Тот послушно сделал несколько шагов вперед. Однако что-то путного спросить так и не сумел. Уж больно его впечатлила смесь запахов гари, крови и чего-то паленого. Да и следы взрыва в сочетании с кровавыми разводами на полу выглядели довольно… необычно в стенах самой дорогой гостиницы империи.

— Добрый день, господа, — коротко склонил голову швейцар. — Бог в помощь!

Один из грузчиков даже не обратил на голос внимания. А вот его напарник хмыкнул негромко.

Расторопов счел это за хороший знак.

— Могу я побеседовать с Павлом Анатольевичем.

Движение слева мужчина пропустил. Слаженная пара, умело скрывавшаяся в тенях коридора до сего момента, появилась словно из воздуха. Бойцы быстро проверили мобильным сканером «хозяев» и отступили обратно на своим посты.

— Проходите, — буркнул все тот же «разговорчивый» боец столь просто, будто и не держал в сей замечательный миг труп за руки.

Внутри царила… деловая атмосфера. Тела складывались отдельно. С них тут же собиралось… да почти все и передавалось нескольким спецам, расположившимися вокруг какой-то машинерии.

— Добрый день, Павел Анатольевич, — негромко произнес Ефим, сын Егора.

Молодой человек, до того пытавшийся поудобнее устроиться в кресле, мягко поднялся.

«Ранен.» — сразу же оценил швейцар. Однако вслух произнес совершенно другое. Коротко представив своего зеленого, потного и очень-очень молчаливого господина, он негромко произнес.

— Соседи жалуются на шум, господин, — коротко склонил голову он.

— Да-да, мы уже заканчиваем, — вздохнул с некой досадой в голосе Павел Анатольевич.

— АААААААААА!!!

Полный страха крик донесся из одной из комнат и… тут же резко оборвался.

— Ну, почти, — поморщился Волконский.

— Надо же вызвать полицию! — в ужасе прошептал вменивший колер с зеленого на белый Патрикеев, не слишком понимающий, ЧТО он говорит и в КАКОЙ момент.

— Эй, — негромко крикнул Павел, поморщившись от укола боли. — Есть кто с корочками?

Вперед шагнула памятная валькирия.

— Операция СИБ, — коротко сообщила она.

Ноги Егора Патрикеева натурально подкосились.

— Господину плохо, — невозмутимо сообщил придверник, придерживая молодого человека, окончательно выпавшего из реальности.

— Могу я надеяться, что нас не побеспокоят более? — поинтересовался Павел Анатольевич.

— Конечно, господин, — чуть ниже поклонился Ефим, сын Глеба, продолжая удерживать практически на весу тело младшего из Семьи Патрикеевых. — Может ли персонал отеля быть чем-то полезным вам?

К бескрайнему удивлению Расторопова, юноша… смутился.

— Знаете, у нас там… — молодой человек указал на одну из дверей. — Дамы. Прошу вас сопроводить их отсюда подальше.

Придверник кивнул. О «дамах» в этом номере он был наслышан. чуть ли не половина горничных побывали за этими дверьми во времена «кутежа» Волконского.

Мужчина кивнул.

— Прошу простить, но сначала мне нужно…

— О, не торопитесь, — вежливо ответил Волконский, глянув на почти бесчувственное тело Патрикеева. — Время есть.

Ефиму, сыну Глеба, понадобилось пять минут ровно, чтобы передать тело ничего не соображающего господина безопасникам и кратко обрисовать им ситуацию. Сразу после он принялся за просьбу юного Волконского. Однако, ступив в комнату, где были заперты девушки, столкнулся с…