Книга Гимн шута 7, страница 36 – Антон Федотов

— Демид Львович, — начал вьюнош. — До меня дошли слухи, что вы заключили брачный договор с Волконским.

— Тщу! Тщу! Тщу!

Очередная четкая тройка пришлась по макиварам. В этот раз «старик» вложил совсем чуть силы. Однако возгордившийся «гость» уже поверил в себя. И даже не особо испугался. Хоть и уступил несколько шагов.

— Имя моей дочери давно связывают с Павлом Анатольевичем, — сообщил он. — Кроме того, напомню, юный Волконский на сегодня единственный гарант соглашения наших кланов. Поэтому я счел необходимым закрепить его лояльность договору.

Вьюнош, под легкими боковыми ударами ногами, отступил еще на пару метров.

— Руки, господин! — тут же послышался голос тренера, едва Никита Ефремович опустил лапы.

Молодой человек кивнул и вскинул «лапки». Жест получился скорее сдающийся, чем атакующий, ну да чего взять с самоуверенного болвана кроме анализов? Но и те никому из присутствующих были не нужны. Впрочем, воевода все больше был готов признаться себе, что уже действительно хочет крови.

— И вы считаете, что… подобное положение вещей может служить обоснованием отказа в предоставлении гарантий нам? — мягко намекнул на то, что так и не увидел полмиллиона рублей на собственном счету вьюнош.

Впрочем, справедливости ради, стоило отметить, что никаких денег не увидел никто из «чаек». И молодой человек об этом был вполне осведомлен. Более того, некоторым образом он представлял коалицию всех тех сил, что собирались нажиться на смене Главы в клане.

— Тщу!

Простой прямой удар в центр нагрудной макивары получился чуть более жестким, чем остальные.

— Хэк! — выдохнул молодой человек, уткнувшись спиной в большой цилиндрический мешок для отработки ударов ногами.

Воевода сделал несколько шагов обратно к центру площадки, выполнив приглашающий жест рукой. Вьюнош несколько раз глубоко вздохнул, но все-таки подчинился. Ему было необходимо прояснить позиции, чтобы потом бежать с этим к покровителям.

— Так что же, Лев Демидович? — переспросил он.

Воевода перед ответом выполнил несколько разминочных взмахов. Лишь затем ровно выдал:

— Павел Анатольевич производит впечатление серьезного человека. Поэтому я вполне доверяю ему судьбу дочери.

Никита Ефремович только хмыкнул. Он уже «прекрасно знал», что это за тип такой — Павел Волконский. Тот самый, которому едва-едва восемнадцать лет исполнилось. Фактически школьник. Ему еще два круга в Классах учиться! Действительно, серьезный человек…

— И вы решили, что отправить Викторию Львовну к будущему мужу — хорошая идея, — покивал «молодой и борзый». — Даже несмотря на все… недоразумения между нашими кланами.

Воевода на миг замер. Его пытаются обвинить в ЭТОМ⁈ Серьезно⁈

— Вот как раз во имя того, чтобы недоразумения не превратились в резню, я и отправил свою дочь к Павлу Анатольевичу.

Собеседник невольно поджал губы. Даже он вполне себе прочувствовал разницу, с которой воевода произносил его собственное имя и упоминал чертового Волконского. Это было неприятно.

— Они — враги! — прошипел «молодой».

— Тщу! Тщу!

Два резких выдоха. Два четких точных удара.

— Враги… — коротко выдохнул воевода. — Оно, конечно, так. Мы напали. Они защищались. Теперь предстоит расплатиться за ошибки бывшего Главы. Всего лишь деньгами. Они, твари, даже не стали настаивать на праве крови. Да, в настоящем по Юсуповым нанесен серьезный удар. И Волконские заберут все, что считают своим. Только вот ведь какая штука, получается, Никита Ефремович. Эти враги вовсе не пытаются «убить» наше будущее.