Книга Гимн шута 9, страница 10 – Антон Федотов

— Благодарю вас за внимание, родичи! — почти ритуальной формулировкой закончил свое выступление будущий Глава, коротко поклонившись.

И вновь ни одной ошибки. Движение получилось сдержанным и строгим.

— Прекрасное выступление, Лев Демидович, — оценил холодный голос из-за спины.

Воевода не спешил оборачиваться. Он все также провожал гордым взглядом сына. Лишь когда тот спустился к первому ряду кресел и устроился на положенном ему месте, Балтийский Лев изволил повернуть голову в сторону терпеливо дожидавшегося его собеседника.

— Искренне горжусь, — констатировал без каких-либо чувств в голосе отец следующего Главы. — Дети — наше будущее. Самое ценное, что у нас есть.

На последних словах тон мужчины рухнул куда-то явно ниже нуля, а взгляд приобрел остроту дамасского клинка.

Главный разведчик клана выдержал. Глаз не отвел от лица собеседника. Хотя далось это ему очень даже непросто… Впрочем, взвывшее было где-то внутри ощущение опасности почти тут же «примолкло». Воевода вновь уставился на сцену, где что-то вещал спикер клана.

— Нам нужно поговорить, Лев, — констатировал «молчи-молчи».

— Тебе, — коротко, но без какого-либо давления отрезал гордый за сына отец.

— Мне, — тут же покладисто согласился Константин Ильич.

Разведчик вообще со многим в данный миг мог согласиться. Уж больно странно окончился последний такт его игры.

Личный спецназ разведупра прибыл в срок, незаметно «заняв» заданный район. О чем командир отчитался, пообещав, что оцепление не покинет и мышь, если у нее не будет именного пропуска от Константина Ильича. И доверять ему основания были вполне себе серьезные. И все с приставкой «спец-»: спецподбор, спецподготовка, спецкомплектование. «Молчи-молчи» многое поставил на эту операцию, а потому вскрыл личное особое хранилище, обеспечив своим людям средства усиления. Да, незаконно. Но кого это когда останавливало, когда ставки столь высоки? Однако это же и взвинтило риски в нынешней партии почти до неприемлимых значений.

Едва периметр безопасности замкнулся, разведчик связался с похитителем.

— Костя, зачем тебе это? — не сразу понял Николай Александрович.

До того он искренне считал, что они находятся на одной стороне. Все-таки, готовить операцию глава разведупра помогал лично. Именно его ближники занимались и «подчисткой хвостов». Да и «разбившийся автобус» был делом рук его спецов. Изначальная договоренность предполагала, что участие Константина Ильича и его управления ограничится активной фазой операции. Место содержания и режим безопасности после похититель предполагал обеспечить лично.

Тем неожиданнее было превращение недавнего союзника в жестокого конкурента, моментально изолировавшего практически все контакты и средства связи Николая Александровича.

— Просто предосторожность, — ответил тогда на вопрос родича «молчи-молчи».

«Гостя» его люди заметили сразу. Вот только опознать не смогли. Потому что был он, видите ли, в кепке! И это стало первым тревожным звоночком. Чуть позже и уже набатом громыхнул полноценный звонок комма.

— Костя, здравствуй! У меня нехорошее предчувствие. Дай «коридор» на взлет одного глайдера. Я перевезу Викторию на резервную точку…

Константин Ильич своим ощущениям привык доверять. Оперативного опыта у него было не так чтобы много. Однако «кабинетные войны» тоже бывают смертельно опасными. И частенько из тех самых кабинетов владельцев их выносят вперед ногами.