Книга Гимн шута 10, страница 31 – Антон Федотов

— Процедура может быть проведена сегодня, — подтвердила та равнодушно. — В двадцать часов пятнадцать минут будет ли удобно обеим сторонам?

Вот теперь проняло. Всерьез. Очень многих.

— Позвольте представить, офицер службы имперской безопасности Валентина, — коротко объявил Игнат.

Как всегда, ни фамилии, ни отчества. Просто имя.

К чести разведчика, справился он с собой довольно быстро.

— Это провокация, — первым делом обозначил свое отношение к происходящему Константин Ильич.

Однако в этот раз встретил куда меньше поддержки со стороны родичей. Тем более, если подходить с формальной точки зрения, оскорбление офицера СИБ и подозрение его в двурушничестве — оскорбление Короны. С другой стороны, если подобный проступок будет доказан, то сотрудника ждет казнь.

— Так понимаю, сегодня ты очень занят, — негромко прокомментировал Павел.

Однако голос его прекрасно услышан.

— Я серьезный человек, — солидно кивнул разведчик, под негромкий фырк воеводы. — Мой день расписан по минутам.

— Я услышал, — подвел черту под диалогом Волконский.

— Правильно ли я понимаю, — вновь «включилась» Юсупова. — Что ты заявляешь о непричастности к попытке моего устранения на территории Классов.

— Совершенно верно, — согласился Константин Ильич. — Я не приемлю безосновательных обвинений в свой адрес.

— Прекрасно, — кивнула Виктория. — В таком случае я прошу родичей разрешения предоставить трибуну Павлу Анатольевичу Волконскому и офицеру СИБ Валентине.

— Ну вот… — негромко выдохнул клановец, которому выступать со сцены совершенно не хотелось.

Впрочем, это была скорее легкая шутка. Да и услышать его мог лишь Лев Демидович.

— Приветствую уважаемых членов клана Юсуповых, — уже через полминуты таки пришлось взять слово молодому человеку. — Буду краток. У меня имеются видео допросов каждого исполнителя, участвовавшего в операции. Могу я воспользоваться проектором?..

— Я Фролов Никита Иванович, последнее место службы — главное управление разведывательных операций под началом…

На этом моменте Волконскому пришлось остановить запись.

— Я не расслышал, — констатировал он.

Константин Ильич явно что-то сказал. Было бы невежливо обойтись без уточнения.

— Это подделка, — ожидаемо выдал разведчик.

— Допрос проводился под присмотром менталистов, — пожал плечами Павел. — Копия заключения, заверенная канцелярией, в наличии. Я могу продолжить?

— Я против, — заявил мужчина с таким видом, словно его мнение все еще интересовало хоть кого-то из присутствующих.

— Константин, — раздался негромкий голос.

Этого пожилого человека ВОлконский знал. Главный судья Юсуповых внешностью обладал запоминающейся.

— Заткнись, пожалуйста, — попросил вершитель судеб. — Продолжайте, молодой человек.

— Одну секунду, — вздохнул клановец. — Не имею намерения и желания становиться свидетелем внутренних решений Юсуповых, а потому сейчас я включу запись. Вашего вердикта дождусь в приемной.

— Буду благодарен, — коротко склонил седую голову судья.

Молодой человек нажал кнопку на своем комме, после чего аккуратно пристроил его на трибуне и, не добавив ни слова, скорым шагом покинул зал.

* * *

— Располагайтесь, господа и прекрасная дама, — негромко хмыкнул Волконский, едва вместе со своей «группой поддержки» покинул сам зал заседаний.