Книга Гимн шута 14, страница 30 – Антон Федотов

— Я подумаю недвижимостью заняться. Земельной. Если мы друг друга не поймем, то эти участки вы мне отдадите в качестве виры. Завтра. А чтобы принять верное решение, я подготовлю каждый из них к дальнейшей застройке уже сегодня. Это ясно? На всякий случай, напоминаю, что в момент, когда ваши люди подняли на меня оружие, данная ситуация перестала квалифицироваться с точки зрения клана атакой на объект вассального Рода, и теперь будет трактована как нападение на члена правящей Семьи. Разница в нюансах и последствиях, думаю, ясна, так?

— Ты… Вы… Не посмеешь! — пискнул наконец хоть кто-то из «бэк-вокала».

Волконский даже оборачиваться не стал. Неинтересно ему было. Он просто хмыкнул:

— У Паутова спроси.

И направился к выходу. В этот раз его никто не рискнул остановить.

* * *

Разговор продолжился на свежем воздухе. Прямо посреди стартового стола. По иронии судьбы Волконский остановился почти в той же самой точке, откуда «любовались закатом» до его прибытия Яковлев и Давыдов.

— У нас еще есть люди, оружие и воля сражаться! — нарушил затянувшуюся паузу толстяк, вскидывая вверх пухлый, но, увы, ничуть не впечатляющий кулачок.

— Ну, сражайтесь, — согласился Волконский, любуясь ярко-красной полоской на темном небе, что из последних сил сдерживала наступление темноты.

Нет, а что? Парню даже интересно было с кем и зачем.

— База все еще наша, — буркнул Яковлев.

Клановец согласно покивал, не отводя взгляда от заката.

— Я ж вас, б***ей, три года собирал, — хмыкнул он негромко, припомнив старый пошлый анекдот, однажды приснившийся ему во снах-воспоминаниях.

— Что ты…

Павел лениво обернулся к вдруг смешавшемуся Давыдову.

— … Вы сказали? — закончил тот, еще крепче сжимая кулачонки.

— Вы еще ничего не поняли, — вздохнул молодой человек, обращаясь ко всем собравшимся разом. — Где бы я вас всех искал-то по одному? А тут сами пришли. И да, у нас пятьдесят пять минут, чтобы решить вопрос виры. Группа юристов уже на подходе.

— А если мы не согласимся⁈ — зло сверкнул глазищами Яковлев.

— Федор Никодимович, — вздохнул Волконский. — Да что ж я тебя уговариваю, как девицу неопытную на минет, а?..

Из строя «бэк-вокала» донесся общий вздох, а после сразу же пробежали шепотки.

— Это оскорбление? — прищурил взгляд предводитель «коалиции».

С таким аргументом можно работать. Заявление в императорскую коллегию, обращение к тем же Воронцовым с просьбой защиты от поругания. Да, для личной репутации это не слишком хорошо, но тактически можно вполне успешно лавировать. Все-таки система сдержек и противовесов очень неплохо работала в государстве.

Павел же несколько раз моргнул. Удивленно.

«Ага, понял, что именно натворил!» — обрадовался Давыдов. Кое-кому из «группы поддержки» тоже стало чуточку легче. А кому-то и хуже. Ковалев, например, принялся блевать с новой силой. Хотя клановцу, если честно, было совершенно непонятно, что у него там еще осталось.

Волконский же, едва ли не заискивающе заглянул выступившему вперед собеседнику в глаза. При желании на лице его можно было прочитать даже некоторое участие.

«Ага!» — хмыкнул Яковлев.

— Федор Никодимыч, — мягко начал молодой человек. — Скажи мне, ты идиот?

Предводитель «коалиции» моргнул и вновь уставился на хозяина объекта. Тот же спокойно продолжил: