Книга Гимн шута 18, страница 52 – Антон Федотов

Анатолий Георгиевич мысленно лишь хмыкнул. Что ж, к попыткам взять под контроль логистические «серые» потоки, нередко выливающиеся в боевые столкновения с «несогласными», можно применить и такой эвфемизм.

— Однако усиление присутствия на территории в виде государевого человека многие сочли фактором… слишком смещающим баланс в сторону Волконских.

— Ян Антонович, вы сами сказали два очень важных слова: «человек государев», — бесстрастно сообщил отец нового воеводы в регионе. — В статусе опричника.

Тонкий намек на толстые обстоятельства. Мол, сын там не интересы клана блюдет, а в первую очередь, волю самодержца исполняет.

«Торговик» лишь ухмыльнулся в стиле «Ну мы-то с вами знаем, как оно на самом деле!».

— Господин Волконский, — протянул «посланец» (которого тут же захотелось послать куда подальше). — Мы люди взрослые. И прекрасно понимаем, как принимаются такие решения.

«Гандон», — спокойно оценил клановец.

И это определение было не про оскорбление. Просто на ум Анатолию Георгиевичу пришел именно образ презерватива, который некие силы использовали в качестве барьерной защиты при попытке «пенетрации» позиций Волконских.

Кстати, про людей взрослых… Мужчина бы с таким определением не спешил. Он-то как раз прекрасно знал, как именно организуются подобные «накаты». Можно поспорить, что за последнее время к довольно мелкой и ни на что не влияющей организации присоединились достаточно серьезные игроки. И именно их «вызов» доставил сейчас не слишком понимающий в происходящем Кирсанин.

А ведь итог его у любого презерватива один: как только с ним закончат, сразу же стягивают и отправляют в мусорное ведро. Как-то не припомнил Анатолий Георгиевич случаев, чтобы кто-то хранил «изделия» как память или хоть чуть-чуть интересовался их дальнейшей судьбой.

Печально обычно будущее подобных «прокладок» в политических играх такого уровня. Чья бы сторона ни взяла верх по итогу.

— Я вас понял, — ровно ответил Волконский.

Не заслужил еще этот Кирсанов, чтобы к нему на равных обращаться «ты».

Кажется, «торговик» хотел добавить что-то еще. Но слушать его никто не стал. У Анатолия Георгиевича были дела поважнее. Например, взнуздать брата, Валерыча, разведку и политический блок клана. Ну и себе «заслуженных» выдать не забыть.

Все они проспали появление враждебной коалиции прямо под своим носом.

С этим нужно было что-то решать.

* * *

— Не дам.

Обещание прозвучало четко и уверенно.

— Мне не нравится слышать эти слова от тебя, — вздохнул Павел, протянув руку.

Катерина на провокацию не поддалась, мягко и грациозно уворачиваясь от пальцев сюзерена подобно недовольной кошечке, не желающей гладиться. Пришлось отказаться от попытки завладеть желаемым.

— Кто платит, то и заказывает музыку! — объявила красавица-секретарь, гордо.

И да, именно она сделала заветный «Пик!» в этот раз.

Павел только головой покачал. В каких закоулках памяти блондиночка такую махровую древность откапала?

— Ты расплатилась моей карточкой, — разумно указал Волконский на ошибку в логических построениях Катерины.

Вот только не учел, что сегодня он пригласил ее «просто побыть вдвоем». И вот тут девушка по обоюдному молчаливому договору отбрасывала в сторону все условности. Зачастую вместе с одеждой. Однако посреди хоть и не центральной, но все же вполне оживленной улицы Красноуральска, пришлось ограничиться лишь первой частью «уравнения».