Книга Гимн шута 20, страница 59 – Антон Федотов

— Эх, — абсолютно нормальным голосом вздохнула девушка.

Мол, я попыталась. Не получилось. Остается подчиниться.

— Цветы красивые, — оценила целительница и прислушалась к аромату. — Отличный выбор.

— Катерина помогла, — пожал плечами Павел.

— Не-а, — не поверила в эту версию Лена.

— Это почему? — аж заинтересовался такой постановкой вопроса Волконский.

Кошкина ехидна улыбнулась.

— Катерина сделала бы лучше.

Удивленно подняла взгляд на целительницу даже секретарь.

— То есть, правильнее, — невозмутимо продолжила та. — И аккуратнее. Но мне нравится этот. Так что спасибо, Паша.

Клановец бросил взгляд на блондиночку. Та пожала плечами.

«Троллит!» — как-то разом решили оба.

— А помочь мне не хочешь? — наконец поинтересовался «небожитель».

— Что, руки на тебя наложить? — улыбнулась целительница, поднимаясь с больничной кровати.

Койкой это чудо современной маготехники язык назвать не поворачивался.

И да, руки девушка действительно наложила. На голову молодого человека. На приведение его в приличный вид ушло не более пары минут.

— Рассказывайте!

Парень покосился на планшет, небрежно брошенный поверх одеяла. Никто на время «больничного» Лену от командной сети не отключал. Сводка поступала к ней регулярно.

— Своими словами, — потребовала Кошкина, перехватив взгляд.

Одно дело прочитать сухие доклады и совершенно иное — послушать главу Ветви. У него источников информации куда больше.

— Стягиваем силы в Красноуральск, готовимся к небольшой войне здесь…

— С тремя кланами, да… Поняла… — негромко прокомментировала Лена.

— … Протестующие притихли. Хотя и объявили свой «мирный митинг» бессрочным.

— А полиция? — поинтересовалась Кошкина.

Все-таки убийство трех рабочих и покушение на жизни трех десятков сотрудников «РитРос» — серьезное происшествие.

Однако Павел покачал головой.

— Дело тормозится. На всех уровнях.

Целительница задумалась.

— «Дурь каждого становится видна»? — вспомнила она фразу, ошибочно приписываемую Петру I.

— Именно, — кивнул молодой человек.

Цесаревич, отвечавший за Собственную ЕИВ канцелярию и СИБ, давал шанс проявить себя всем. А уж потом собирался раздать всем сестрам по серьгам. Этакий оазис вседозволенности… густо обвешенный жучками.

На этот раз Лена молчала довольно долго. Она не была аналитиком. Но и целительнице становилось очевидно, что подобная «ловушка», быть может, и эффективна, но ляжет грузом на репутацию нынешнего императора.

— Значит, война, — вздохнула она.

Другого объяснения девушка не видела. Фактически самодержец «палил» свой авторитет арбитра в обмен на более выгодную конфигурацию в будущем противостоянии.

Павел кивнул.

— Император хочет передать страну в руки наследника без нынешних… противоречий.

Старый порядок уже почти умер. Новый еще не сформировался. И Дмитрий Долгорукий брал на себя роль палача ради того, чтобы следующий император начал писать историю с чистого листа и принял правление не обагренными кровью руками.

Именно поэтому последние годы цесаревич держался в тени отца.

Лена прикрыла глаза. Так она просидела около минуты. Лишь затем вновь глянула на сюзерена.

— Как поживает Фэнг? — постаралась улыбнуться девушка.

Ей это даже удалось сделать довольно искреннее. Все-таки целители всерьез практиковали как телесный контроль, так и ментальный.