Книга Гимн шута 24, страница 82 – Антон Федотов

— Павел Анатольевич, — положил на скамью планшет мужчина. — Я предлагаю отложить ваш вариант на крайний случай.

Магистр осёкся под взглядом собеседника. Несмотря на юный вид, глаза у молодого человека были те еще. Словно он в этот самый миг решает, не будет ли лучше удавить магистра прямо сейчас.

— То есть попытка моего убийства и риск гибели моей сестры в ваших глазах не является серьёзной проблемой? — вкрадчиво поинтересовался Волконский.

Губы Калласа едва заметно дёрнулись, словно он чертыхнулся про себя, но все же мужчина сдержал уже готовые было вырваться слова.

— Нет, господин Волконский, конечно, я так не считаю, — терпеливо ответил он. — Но в то же время прошу вас заметить, что работа с лояльными звеньями Ордена ещё не завершена.

Павел понимал: когда с боевых катеров пойдёт десант под прикрытием бортовых пулемётов и АГС, разбирать, кто хороший, а кто плохой, бойцы не будут — сметут всех. Магистру же было важно вести пропагандистскую работу, склоняя паству на свою сторону. Чем больше сейчас он наберёт сторонников, тем легче дальше ему будет расширять ареал влияния.

Но вот чего клановец не понимал, так это с чего он должен принимать во внимание чужие половые трудности, когда опасность угрожает его близким.

— Господин Петров, — покачал головой молодой человек, ничего не скрывая из своего разочарования. — Мне кажется, наше сотрудничество несколько однобоко. Пока лишь вы извлекаете пользу из создавшегося положения, в то время как риски достаются мне и, что намного хуже, моим людям. Не слишком-то похоже на честное партнёрство.

Калас промолчал. Собственно, действенных аргументов у него сейчас не было. А упирать на приказ сюзерена мужчина счел плохим вариантом. Ведь господин Петров мог бы поставить все свое умение разбираться в людях на кон, что Волконский при определенных условиях и через прямой приказ сюзерена переступить сможет. Но лучше до этого не доводить — этот юноша не забудет. Равно как и его сюзерен, которому придется демонстративно отстраниться от излишне своевольного вассала.

— И я полагаю, мне стоит обсудить это с Константином Дмитриевичем, — продолжил молодой человек, подтверждая догадки собеседника. — Возможно, мне удастся убедить его в бесперспективности дальнейшего взаимодействия.

Однако и сразу поднимать лапки кверху Калас смысла не видел.

— Полагаете, у вас это получится? — бесстрастно уточнил магистр.

Оба прекрасно понимали, что для Константина Дмитриевича «дружба» с Каласом в последние дни стала очень дорогим удовольствием. Ведь покрывать произошедшее пришлось канцелярии. И казне. Даже Волконский, используя свой медийный ресурс, не забыл выставить сюзерену счет.

Да и как могло быть иначе? Все-таки «Империя» — вовсе не его частная лавочка. А потому эфирное время было оплачено Фамилией сполна. Да еще и по высшему тарифу с наценкой за срочность и выплатой неустоек тем, чье время было отведено под операцию прикрытия взрыва в Красноуральске.

А вот «Рине Воробейчик» пришлось поработать бесплатно. Тут уж Волконскому самому пришлось думать над компенсацией для Архиповой. Сошлись на том, что несколько следующих официальных релизов цесаревича выйдут на ее каналах за три минуты до публикации на главном портале страны. Имеющий уши да услышит.