Книга Гимн шута 24, страница 23 – Антон Федотов

Едва все «препоны» были преодолены, вокруг палатки буквально сгустился воздух, отрезав собравшихся от любых внешних звуков.

Павел привычно глубоко вздохнул, зажал нос и «прокачал» барабанные перепонки. Во время включения «Тишины» такой мощности уши закладывало ничуть не хуже, чем при резком перепаде высоты.

— Я начну, — просто объявил Долгорукий. — Для начала позвольте представить магистра Каласа.

Павел с некоторым беспокойством покосился на брата. Сегодня не тот день, когда представитель «Свободы воли» мог оставить Волка равнодушным. Однако Сергей едва заметно дёрнул уголком рта, но даже виду не подал, что желает придушить представителя Ордена своими руками прямо сейчас.

Впрочем, выражение лица курсанта заметил и Константин Дмитриевич.

— Я понимаю, Сергей, — поставил небольшую ремарку цесаревич. — Вы потеряли своих людей. Мне жаль.

Волконский чуть склонил голову в вежливом жесте признательности.

— Однако должен сообщить, что магистр Калас с точки зрения Трона вполне приемлем в качестве главы «Свободы воли» в империи, — продолжил Долгорукий.

Сергей кивнул молча. Впрочем, и комментировать тут было нечего. Трон принял решение. Его задача — подчиниться. Тем более яркие эмоции уже «отгорели».

— Итак, господин Петров, вам слово.

К счастью, Калас не стал выражать сочувствие или оправдываться. Сейчас это вызвало бы лишь волну негатива со стороны Сергея. Свободовец же выбрал наилучший вариант — сухой доклад без лишних подробностей.

— На данный момент положение дел таково, что Совет «Свободы воли» решил, что я достоин занять место главы приуральского отдела Ордена, — ровно произнёс он.

Цесаревич едва заметно кивнул на эти слова, словно бы подчёркивая, что трон подобное развитие событий вполне устраивает. Павел еще раз покосился на брата. Специально для него никто не стал рассказывать предысторию. Следовательно, придется провести для курсанта короткий ликбез в части касающейся именно его.

— В течение месяца я должен принять под свой контроль все структуры Ордена на означенной территории, — продолжил Калас.

«Что ж, первый шаг сделан», — оценил Павел.

Насколько он понимал, главная задача магистра — возглавить всю структуру на территории Империи. И да, взгляды Каласа отличались от верований радикалов типа Пито. Он уже давно пытался донести до соратников простую мысль: эксперименты с Кровью и вербовка одарённых едва ли не со школьной скамьи, а также их привязка к структуре путем жертвоприношений и оргий на территории, где ты ещё собираешься жить, — плохая идея. И эти традиции придётся ломать — где-то через колено, а иных, «укрепившихся в вере», и вовсе вырывать с корнем, как сорняки. Конечно, моментально перестроить курс такой огромной сети просто невозможно. Однако Калас был готов работать.

Императорская семья, прекрасно понимая, во что обойдётся полное выжигание огнём и мечом Ордена на территории страны, готова была принять в качестве альтернативы умеренного руководителя. Уж больно глубоко «Свобода воли» пустила корни. В некоторых известных Семьях до сих пор считается норма отдать младшего сына «в послушание». Не говоря уже об огромной разведывательной сети информаторов и «спящих» агентов пусть и не на самых высоких должностях, но вокруг них.

Калас сделал секундную паузу, чтобы продолжить свою речь. Павел же использовал короткую заминку для встречного вопроса: