Книга Князь Искажений. Том 3, страница 146 – Евгений Ренгач

— Я всё прекрасно понимаю. Но речь идёт о судьбе моего Рода. У меня есть право высказать своё мнение.

По бегающему взгляду адвоката было видно, как он нервничает. Я его понимал — он заранее написал речь и подготовил целое выступление. Но и отступать я не планировал.

Да, Белозёрский — отличный юрист. В вопросах права я доверял ему без малейших сомнений. Но это был мой Род.

И начальную речь я не мог доверить кому-то другому.

— Ох, Андрей. — Адвокат понял, что спорить бесполезно, и нервно сглотнул. — Надеюсь, вы знаете, что делаете…

— Насчёт этого можете не сомневаться.

Я повернулся к судьям.

— Уважаемый суд, обращаю ваше внимание на суть дела. Предыдущий глава Рода, Николай Гордеев, был убит наёмником Маэстро по заказу барона Границкого. В деле имеются все необходимые доказательства. Я здесь затем, чтобы вернуть то, что барон незаконно забрал у моего Рода! И я считаю, что имею на это полное право…

Я говорил недолго, ровно положенные пять минут. За это время никто даже не пытался меня перебить. Все слушали, словно завороженные.

Кто-то из журналистов достал камеру и попытался тайком меня снимать. Я не возражал. В своих словах я был уверен на миллион процентов. Если понадобится, готов подписаться под каждым!

— Андрей, откуда такие навыки⁈ — Когда я закончил, Белозёрский зашептал мне на ухо. — Да обалдуи из моей фирмы и вполовину так не умеют выступать!

— Всё просто. Большой опыт.

Я не соврал. В своём времени мне часто приходилось выступать. Большое количество людей никогда меня не смущало, да и на словарный запас я тоже не жаловался. Проникновенные речи давались мне легко и свободно.

Если бы адвокат знал, сколько времени я провёл, пытаясь аргументами склонить аристократов на свою сторону, он бы этому не удивился!

Когда я закончил, судьи несколько секунд молчали, обдумывая сказанное. Затем главный судья кивнул.

— Сильная речь, Ваше Благородие. — Он откашлялся. — Слово предоставляется адвокату Роману Романовичу Разину. Просим вас!

Разин с готовностью вскочил на ноги.

— Уважаемый суд, с доводами барона и его представителя невозможно согласиться…

Он начал говорить, и я сразу понял, почему его считают лучшим адвокатом Империи. В своём дизайнерском пиджаке Разин выглядел безупречно. Его речь была чёткой и уверенной. Каждый аргумент был на своём месте.

Ну прямо настоящий адвокат из сериала! Сам его образ заставлял прислушиваться к его словам. Казалось, что такой человек просто не может ошибаться.

Впрочем, как бы красиво он ни говорил, я чётко понимал, — все его слова не имеют смысла.

Разин отлично держался, но даже всё его мастерство не могло скрыть главного. У него просто не было аргументов!

Судя по всему, весь план Мамонтова и Селивёрстова (в том, что они работают вместе, я уже не сомневался) строился на том, что у меня не будет ни адвоката, ни доказательств. В таком случае Разин сумел бы выиграть дело, сказав всего несколько слов.

Но сегодня явно был не его день…

— Вы закончили? — Судья строго взглянул на замолчавшего адвоката.

— Да, Ваша честь. — Разин с облегчением вздохнул. Взгляд у него был затравленный.

— Что ж, тогда приступаем к прению сторон.

По опыту из прошлого я знал, что под прениями понимается обмен сторон возражениями. Адвокаты могли выдвигать возражения и задавать друг другу вопросами.