Книга Исповедь смертного греха 2, страница 63 – Макс Вальтер

— Что ж, хотелось бы поскорее увидеть их в деле, — бледно улыбнулся Перфильев. — Скажите, а мы можем как-то ускорить процесс?

— Не совсем вас понимаю.

— Увольте, Валентин Савельевич, всё вы понимаете. У нас есть весьма деликатная работа как раз для одного из ваших кадетов.

— Мы обязаны проверить их на профпригодность. Для этого и существуют экзамены.

— А что, если мы… в качестве исключения, конечно же… проведём один из экзаменов в поле? Вы ведь уверены в этих детях, не так ли?

— Арсений Константинович, я бы предпочёл довести тестирование до логического финала.

— Да мне насрать на ваши желания, Исаев! — резко сменил тон Перфильев. — У нас проблема, которая не может ждать. Кто-то планомерно скупает наши акции у мелких инвесторов. Надеюсь, вам не требуется объяснять, чем это грозит корпорации?

— Есть подозрения? — Исаев даже бровью не повёл на жёсткий выпад в свою сторону.

— Имеются. — Арсений Константинович вновь натянул на лицо маску вежливости. — Все данные по цели я перешлю на вашу личную почту. Итак, что скажете?

— У нас уже есть люди, способные решать деликатные вопросы. Вы уверены, что хотите рискнуть одним из кадетов программы?

— Подскажите, Валентин Савельевич, сколько корп-койнов мы уже вложили в эту вашу программу?

— Судя по последней сводке…

— Я рад, что вы знакомы с цифрами, — бесцеремонно перебил Исаева Перфильев. — Так вот, товарищ полковник, совет желает видеть результат. Я повторяю вопрос: вы уверены в своих кадетах?

— Больше чем в самом себе, — без запинки ответил полковник.

Ну а что ещё оставалось? Даже дурак понял бы, что весь этот цирк разыгрывается с одной-единственной целью: дискредитировать полковника и всю его работу. Перфильев с первых дней был против вложений в этот проект. Точнее, не столько в сам проект, сколько в то, что руководить им поставили полковника Исаева. Ещё бы, такие деньги протекли мимо его карманов! Он просто спал и видел на месте руководителя проектом своего идиота-племянника.

— Замечательно. — Перфильев растянул губы в бледной улыбке. — Материалы дела получите ближе к вечеру. У вас три недели, чтобы решить этот вопрос.

— Так точно, — сухо ответил Исаев и отключил связь. Едва голограмма члена совета исчезла, полковник сплюнул в сердцах и зло добавил: — Мудак.

Некоторое время он сидел неподвижно, прикрыв глаза, и пытался подавить бурю, что бушевала внутри. Пару раз глубоко вздохнул, но раздражение уходить не спешило. Тогда Исаев выдвинул нижний ящик стола и выудил из него пузатую бутылку коньяка. Плеснул немного в бокал, буквально на самое донышко, раскрутил жидкость и пару секунд наблюдал за тем, как медленно сползают капли по стенкам. Густые, словно масло. Лучший показатель качественного алкоголя.

Понюхав напиток, он одним махом опрокинул в себя содержимое и, откинувшись на спинку кресла, снова прикрыл глаза. Коньяк огненной лавой провалился в желудок, оставляя приятное жжение в пищеводе и на языке. А через пару секунд его догнало послевкусие с лёгким ореховым оттенком и едва уловимыми ягодными нотками.

Исаев активировал визор и вызвал своего первого помощника. Не прошло и пяти минут, как створки дверей его кабинета разошлись в стороны. На пороге стоял майор Михеев.

— Вызывали, тащ полковник? — Он традиционно замер у входа.