Книга Исповедь смертного греха 2, страница 35 – Макс Вальтер

Функция, конечно, хороша, но уж очень дорого обходится. Интересно, а я могу с этим что-то сделать? Как-то усилить мышцы, связки и сухожилия? Может, с помощью тех же нанитов или усердными тренировками? Пожалуй, стоит поинтересоваться на этот счёт у тренера. Наверняка он знает какие-нибудь методики и упражнения.

— Чёрт, — усмехнулся я, — всего две секунды. Как-то не так я себе это представлял.

Вечером, на следующий день, когда друзья разошлись после очередного визита, а медблок погрузился в тишину, дверь снова открылась. На пороге стояла Дашка и выглядела она так, будто не спала последние сутки.

— Ты что-то забыла? — спросил я.

— Нет, я по делу, — ответила она, присаживаясь на край кровати. — Как себя чувствуешь?

— Нормально. Ноги ноют, но уже лучше. Михаил Сергеевич сказал, что быстро иду на поправку. Уже завтра меня смогут выписать. Да я же только что всё это рассказывал. Ты сама как? Выглядишь усталой.

— Нормально, — отмахнулась она и, бросив короткий взгляд на дверь, понизила голос. — Вчера я сняла логи с твоего приложения, которые от боя в турборежиме. Все данные, которые передавали наниты: нагрузка на мышцы, частота сердечных сокращений, активность нейроинтерфейса. Всё записалось в журнал событий.

Она сделала короткий жест рукой, и перед нами развернулась голограмма с графиками.

— И что там?

— Турборежим сожрал почти весь резерв за две секунды. Вот, смотри. В первые полсекунды нагрузка на икроножные мышцы выросла на четыреста процентов. На четыреста, Кость! Обычный человек после такого остался бы без ног. Тебя спасли наниты. Они успели частично перераспределить нагрузку, но даже учитывая это, связки не выдержали. А вот здесь — резкий скачок потребления глюкозы. Организм сжёг весь доступный запас энергии за секунду. Поэтому ты и вырубился. Наниты забрали всё, что им было доступно.

— Я думал, это просто усталость.

— Это не усталость, а полное истощение. Если бы ты продержался в турборежиме ещё секунды, у тебя бы отказало сердце. Эти мелкие роботы просто выпили тебя досуха.

На секунду я замолчал, переваривая услышанное.

— Это можно исправить? Увеличить запас? Натренировать тело?

— Я думаю над этим. — Дашка свернула голограмму. — Но нужны данные, статистика. Чем больше информации мы получим, тем больше я смогу понять. Только давай без самодеятельности, ладно? Нужно как следует подготовиться.

— Договорились.

Я хотел ещё что-то сказать, но не успел. В этот самый момент за дверью раздался громкий, радостный возглас Санька:

— О, привет, Карин! А ты что здесь? Тебя не пускают, что ли?

Повисла короткая пауза, а затем прозвучал спокойный, слегка насмешливый голос Карины:

— Замотаев, а тебе не кажется, что ты слишком громкий для аналитика⁈

— Только не говори, что ты подслушивала, — продолжил издеваться Саня.

— Подслушивала, — передразнила приятеля она. — Может, мне не нравится, когда возле Греха вьются посторонние девчонки.

— Это кто ещё здесь посторонний! — отреагировала Дашка.

— Так, ну вы ещё подеритесь! — едва сдерживая смех, рявкнул я. — А вы там так и планируете в коридоре стоять? Заходите уже, конспираторы, блин…

— Ну и что это было? — скрестив руки на груди, спросил Михеев.

Перед нами был развёрнут экран, на котором транслировалась запись нашего боя. Нейросеть собрала все данные с камер и наших визоров, а затем спроектировала точную 3D-модель схватки с тварями. И теперь мы могли посмотреть на произошедшее со всех возможных ракурсов.