Онлайн книга «Исповедь смертного греха 3»
|
И в этот момент всё моё нутро взбунтовалось. Это было не предчувствие и не голос Каина, а что-то более древнее, животное, что жило во мне задолго до того, как наниты впервые проникли в мою кровь. Чувство надвигающейся опасности, которое невозможно объяснить логикой. Такое я ощутил впервые и не знал, как на это реагировать. Шаттл замер. Сейчас откроются шлюзы, и пассажиры начнут выходить. Но почему-то они остались закрытыми. Прошла минута, вторая. Люди начали переглядываться с недоумением. А потом снаружи раздался голос, усиленный динамиками и искажённый расстоянием, но всё ещё отчётливо слышимый через обшивку шаттла: — Константин Горячев и Дарья Пересветова. Вы подозреваетесь в убийстве господина Андрея Владимировича Лебедева. Шаттл окружён. Сопротивление бесполезно. Выходите с поднятыми руками. В салоне повисла мёртвая тишина. Пассажиры замерли, не понимая, что происходит. Кто-то начал испуганно озираться, кто-то вжался в кресло. Я нашёл взглядом Дашку. Она сидела через два ряда от меня, и в её глазах я увидел то же самое, что чувствовал сам: холодную, липкую волну страха, которая поднималась откуда-то изнутри. «Каин, подтверди», — мысленно произнёс я. «Сканирую периметр. Обнаружено восемьдесят три тепловых сигнатуры вокруг шаттла. Двенадцать единиц тяжёлой техники. Четыре снайперские позиции на крышах терминалов. Вероятность успешного прорыва — ноль целых семь десятых процента». Дашка смотрела на меня. Она ждала решения. Я видел, как её губы шевельнулись, и знал, что она хочет сказать, ещё до того, как слова сорвались с её губ. Мы были знакомы слишком давно, чтобы нуждаться в долгих объяснениях. «Нужно сбежать», — написала она в меш-сеть. Я усмехнулся. Невесело, криво. «Как ты себе это представляешь?» — спросил я, продолжая смотреть прямо на неё. «Угоним шаттл. — В её глазах мелькнул тот самый огонёк отчаянной, безумной решимости. — Их двигатели ещё не остыли, я смогу поднять машину в воздух». «И какой в этом смысл? — Я покачал головой. — Нам дадут покинуть пределы атмосферы. Может быть, даже выйти на орбиту. А потом просто взорвут реактор или подорвут шаттл дистанционно». «Но здесь полон борт невинных людей, — возразила она. — Они не станут…» «А когда их это останавливало? — перебил я. — В новостях просто скажут, что произошёл несчастный случай. Отказ двигателя, ошибка пилота, столкновение с орбитальным мусором. Никто ничего не докажет. Исаев спишет нас со счетов быстрее, чем обломки упадут в океан». Дашка замолчала. Она понимала, что я прав, но не хотела с этим мириться. Да я и сам судорожно перебирал варианты, но не находил даже приблизительно верного способа избежать проблем. «Тогда прорыв, — сказала она после короткой паузы. — Мы обучены действовать в подобных ситуациях. У нас за спиной лучшая школа выживания». «Снаружи по меньшей мере сотня вооружённых бойцов ШОКа. Весь периметр наверняка перекрыт снайперами. Каждый квадратный метр посадочной площадки простреливается с четырёх точек, и это километры открытой местности, ровной, словно блюдце. Мы не пройдём и метра. Ни наниты, ни школа выживания нам не помогут». Дашка смотрела на меня. В её глазах читалось отчаяние, смешанное с гневом. Она понимала, что я просчитал все варианты, и ни один из них не давал нам шанса. |