Книга Сокрытое в листве, страница 98 – Алексей Самылов

— То есть это мир для детей? — спросил Юкио.

— Вот именно, Юкио, — сухо произнес Сейджин. — Это детский мир. Крайне простой. Примитивный. Бери меч, бей врага. Быстрее рожай, потому что твоя жизнь коротка. Простые радости. Радикальные методы. Но тогда почему люди, и я сейчас не только про воинов, стремятся усложнить этот мир?

— Не развиваешься, значит, мертв? — повторил слова Сейджина Юкио.

— И это же не просто красивые слова, ученики, — со значением произнес старик. — Что мешает мне просто сидеть? Сделано немало. Нет никакой нужды мне лично, учить сейчас вас. Слава? Опыт? Не говоря уж о такой ерунде, как материальные блага. В моем возрасте это все уже практически не имеет ценности. А что имеет…

Сейджин вышел перед учениками. Никто их них уже не сидел с закрытыми глазами. Все смотрели на старика. Он же повернулся к ним лицом.

— Вы все молоды, — произнес Сейджин. — Ваши чувства свежи, потому что новы. Меня же крайне сложно чем-то удивить. Но я чувствую течение жизни. Существование мне не в тягость. Потому что здесь…

Сейджин коснулся груди.

— Тлеет тихой радостью удовлетворение, что мои ученики растут и развиваются, — произнес мужчина. — То есть я продолжаю развиваться. Идти вперед. И для меня это вопрос жизни в буквальном смысле этого слова. Мы, воины, владеем праной. А прана владеет нами. Как только вы перестаете развиваться, прана начинает вас убивать. Вы, молодежь, сможете протянуть подольше. Я же отойду крайне быстро. Запомните этот критерий. Как только вы перестаете чему-то радоваться, значит… Присматривайте место на кладбище.

Старик усмехнулся, став снова привычным хитрованом.

— Вот такая жутковатенькая история, — произнес Сейджин. — Дедушка опять пугает молодежь страшилками.

— Учитель, — произнес Юкио. — Может ли любовь дать такую опору?

Сейджин посмотрел на ученика.

— Что такое любовь, ученик? — сухо произнес старик. — Это же не «химия» наших тел, как утверждают хёджины. Это тоже, кстати, попытка упростить. Сделать мир примитивным. Любовь — это, как ни пафосно прозвучит, единение душ, взаимопроникновение праны. И разбалансировка из-за этого нашей ауры. И только от человека зависит, как потом его аура соберется обратно. В отличие от других чувств, любовь — это крайне иррациональное чувство. Ненависть, месть, алчность. Все это логично, можно проследить. И только любовь не зависит… ни от чего. То есть это что?

Сейджин обвел взглядом подростков.

— То, что не поддается осмыслению, ученики, — произнес старик. — Есть порождение Хаоса. Авьяваша. Вспомните, все высокие чувства — они иррациональны. Не имеют предметного воплощения, только направлены на что-то. И теперь я задам вопрос, можно ли убить всех демонов? Точнее, надо ли уничтожить Авьяваш?

Тут старик повел головой, словно к чему-то прислушиваясь.

— Так, всем, — сухо бросил он. — Приготовиться. Выходим в Ракш.

За несколько дней до событий. Вечер

-Летти, вопрос покажется тупым… — Джон помялся. — Но что будет, если не выйти в Ракш? Или так, что будет, если не будешь выходить?

— Почему же тупой, Джон, — спокойно ответила девушка. — Все рано или поздно его задают.

Скарлетт, Конрад, Аркур и Алиса сидели на скамейке возле додзё. За ветром, потому что было удивительно ветрено для вечера. Кроны деревьев натурально трепало.