Книга Практика для двоих, или Поцелуй по ошибке, страница 90 – Ольга Ярошинская

Шагнув ближе, Гус отобрал у меня листы бумаги и карандаш. Я цепко держала его, но в итоге пришлось разжать пальцы.

— Чего взбудораженная такая? — спросил Гус, настороженно переводя взгляд с меня на Михаля. — Этот хмырь сделал что-то плохое с твоей мамой?

Нарочитая невозмутимость в его голосе слегка меня успокоила.

— Не знаю, — ответила я. — Но в комнате Краса шкаф с ее платьями. Отец говорил, мама оставила нас, но я думаю — а вдруг нет?

— Потому что она не забрала наряды? — уточнил Гус.

— Потому что она меня любила, — буркнула я. — Давай, пиши сам, если думаешь, что справишься лучше.

— Даже дворняга из твоего любимого приюта справится лучше, — хмыкнул он. — Эрика, этому что, учат на каком-то особом уроке для целителей? Крас аж вспотел, а каракули твои не разобрал.

По виску Михаля и правда текла капля пота. Он явно нервничал и все поглядывал то на дверной проем, то назад — в коридор, ведущий глубже в подвалы.

— Не умничай, а пиши, — потребовала я. — Это из-за тебя он оглох!

Я нехотя встала со стула, уступив место Гусу, а сама отошла подальше.

— Что случилось с мамой Эрики, — старательно вывел Гус и сунул лист под нос Красу.

Тот пренебрежительно пожал плечами и высокопарно ответил:

— Это дела давно минувших дней. Я не хочу ворошить чужое прошлое. Эрика и сама все знает. Есть женщины, не созданные для брака и семьи, не способные оценить мужчину по достоинству. Увы, Стелла была как раз из таких.

Я прошлась туда-сюда, инстинктивно касаясь шероховатой стены кончиками пальцев. Когда-то это был дом моих родителей, мой дом. Я оказалась здесь не случайно!

— Это официальная версия, — пояснила я Гусу. — Моя мать ушла от отца, бросила меня и дом, который он вырастил.

— Гонево, — уверенно ответил Гус. — Если дом принялся и вырос, значит, твой папаша — достойный мужик. От таких не уходят.

— Мало ли… Давай, спроси у него, зачем он хранит ее платья.

Я вынуждена была признать, что почерк Гуса куда лучше — по-детски округлый, но понятный. Он накорябал очередной вопрос, подсунул Михалю. Когда пауза затянулась, едва ли не ткнул его носом в лист.

— Я не знаю, чьи это платья, — пробормотал Крас. — Я тут на хозяйстве. Не выбрасывать же, ткань хорошая, дорогая, сразу видно. Может, бытовички оставили, откуда мне знать. Эти две ваши тоже модницы. Нет чтоб прибирать да готовить, они только наряды меняют. А танцы… Тьфу! Бесстыдство одно!

— Врешь, — вырвалось у меня. — Он врет, Гус! Это ее платья, я точно знаю! А он нарочно пытается сменить тему!

— Ты вре-ошь, — по слогам произнес Гус, записывая это на новом листке.

Крас состроил оскорбленное выражение лица, но, внимательно за ним наблюдая, я заметила паузу.

— Может, ты и правда спутала? — неуверенно предположил Гус. — Когда там твоя мамка исчезла?

— Давно, — ответила я.

Но я узнаю правду, как бы глубоко Крас ее ни закопал.

* * *

Все очень плохо. Роско стоял на краю стены, окружающей пост, как капитан корабля, на который движется буря. Скверна ползла отовсюду. Может, зубастый Свен и успел найти путь отхода, но им не выбраться. Будет бой.

Раздраженно запустив пятерню в волосы, Роско дернул себя за пряди. Так-то он сделал, что мог: защитные артефакты наполнены, во рву искрится плетение рун, панцирь шипотахи прикрывает ворота, и Роско самолично проверил — закреплен на совесть. Поможет ли это выстоять? Он ловил на себе встревоженные взгляды парней и понимал — на него все надежды. Но смотритель поста прав — командовать отрядом должен корневой маг. Как бы Роско ни пыжился, у него не тот уровень.