Книга Злая омела, страница 65 – Розелин Эш, Саша Леоне

Мой взгляд устремляется на него, я опускаюсь на корточки и отодвигаю его. Бинго. Деревянный люк, с настоящим кольцом-ручкой. Как старомодно. Я рывком открываю его, открывая небольшую лестницу, ведущую в подвал.

Мы с братьями переглядываемся — у Максимо уже вытащено оружие; выражение лица Майкла холоднее обычного. Глаза Ромеро остры, расчетливы, и я чувствую напряжение, потрескивающее между нами. Нам не нужно говорить ни слова. Мы все знаем, что делать.

Я достаю свой пистолет из кобуры и спускаюсь по лестнице первым, следом за мной Максимо, Майкл и Ромеро.

Мы выходим в узкий коридор, залитый болезненно-желтым светом аварийных красных ламп. Мой телефон вибрирует в кармане от звонка, и я замираю, останавливаясь.

Проверив экран, я вижу, что это Лэндон. Вероятно, у него наконец есть что-то для меня об Эмилии. Я сбрасываю звонок, снова сосредотачиваясь на текущей задаче. Что бы это ни было, оно может подождать. Это не может.

Мы продолжаем идти по коридору, тихие, как призраки, пока не выходим в одну большую просторную комнату. Мгновенно мы прижимаемся спинами к стене, затем крадёмся вперёд, чтобы заглянуть за угол. Один быстрый взгляд говорит мне всё, что нужно знать — три стола, сдвинутые вместе, чтобы получилась одна большая поверхность, а на ней — наша похищенная девочка. Она не двигается, но я вижу, как её грудь поднимается и опускается. В комнате больше никого нет.

В дальнем конце есть дверной проём, и из-за него доносится приглушённая итальянская речь. Мои инстинкты обостряются.

Я подаю сигнал тем, кто позади, прежде чем оторваться от стены и быстро приблизиться к двери. Чем ближе я подхожу, тем отчётливее становятся слова. Мой разум автоматически переводит, когда я слушаю, годы владения обоими языками делают это привычным делом.

— Что значит ты не смог найти этого чёртова хирурга, Лука? — говорит командный голос — он здесь главный, без сомнения. Это голос того, кто привык, чтобы ему подчинялись.

— Клянусь, босс. — Это, должно быть, Лука. В его голосе слышится нотка страха. — Такое впечатление, что он исчез. Его не было дома, его номера были мертвы, а когда я позвонил тебе, ты не ответил, поэтому я пошёл и взял её в любом случае.

Босс ругается, затем вступает другой голос: — Тебе следовало подумать головой, Лука. Что нам теперь делать с девочкой, раз у нас нет хирурга, чтобы оперировать её?

Мурашки бегут по спине от того, как они спокойно обсуждают увечье ребёнка. Я встречаюсь взглядом с братьями, видя в их глазах отражение моего собственного отвращения и ярости. Быстрым вопросительным взглядом я молча спрашиваю их подтверждения. И когда они кивают, я поднимаю палец — подождите здесь, чтобы я сначала оценил ситуацию. Им это не нравится, я вижу это в их глазах, но они доверяют мне.

Дверная ручка холодная под моей ладонью, когда я толкаю дверь.

Три пары глаз устремляются на меня, и почти сразу все трое наводят на меня свои пистолеты. Я выдавливаю смешок, оглядывая комнату, которая выглядит как чья-то жалкая попытка создать жилое пространство — убогий матрас, придвинутый к одной стене, жужжащий мини-холодильник в углу, и за массивным столом — ещё одна дверь, вероятно, ведущая в ванную.

— Привет, мальчики, — растягиваю я слова. — Слышал, вы ищете хирурга, и, к вашему счастью, я как раз… — Слова застревают в горле, когда мой взгляд встречается со знакомыми карими глазами мужчины, сидящего за столом.