Книга Научи меня жить, страница 77 – Елена Архипова

О том, что она устроилась работать санитаркой в больницу, Владислава не говорила никому, кроме верной Маришки. Подруга Виктору не могла рассказать – она на ее стороне, значит, кто-то другой. Кто? Впрочем, какая разница? Ее мог кто-то из знакомых увидеть, кто-то из тех, с кем на этих пафосных фуршетах они знакомились, встречались.

Нет, надо ехать в родной город, хотя бы для того, чтобы оформить развод…

А кстати, с чего вдруг Виктора опять накрыло идеей преследования своей бывшей жены? Видимо, действительно кто-то из знакомых увидел Владу с тележкой для уборки в больнице. И увидел, и Виктору рассказал. Стыдно, видать, стало господину чиновнику, вот и надавил на рычаги управления.

А как, позвольте, это его сообщение понимать: “Ну, что? Теперь готова вернуться?” С чего вдруг сейчас-то? Неужели его Дашулька бросила? Или наоборот, усилила попытки стать женой своего льва? Не может быть, чтобы Виктор совсем недавно узнал, что она санитаркой работает. Ждал, когда она поймет, что мыть полы в больнице – это не про нее? Очень может быть – это в его духе.

Не дождался, надавил на Аркадия, и тот ее уволил. Только вот никто из них не мог предполагать того, что Владислава так быстро найдет новую работу. Высокооплачиваемую, в хорошем доме, как говорили раньше, в другом городе, да еще и у того, на кого Виктор надавить не мог. Не было у них с Гербертом точек соприкосновения.

Владислава, дав согласие устроиться к Герберту личной помощницей, опять только подруге Маришке рассказала об этом. Они встретились, посидели у нее на кухне, и Владислава все ей рассказала.

— Вот гад же, а! – выдала в сердцах Маришка, узнав, кто стал причиной увольнения подруги. – И что власть с людьми делает? Нормальный же мужик вроде был! А знаешь, подруга, все, что ни делается – все к лучшему! Ты меня знаешь – ты устроилась полы мыть, я молчала, уважала твою свободу. Не видела я в этом ничего зазорного тогда, не вижу и сейчас. Но, согласись, личная помощница и санитарка – это две большие разницы, как говорят одесситы. А, кстати, кто он вообще такой – этот Герберт? Ты хоть поискала информацию о нем в интернете?

— Поискала, – Владислава усмехнулась.

— И?

— А сама набери его имя и фамилию, и узнаешь! – опять ушла от ответа Владислава.

Маришка удивленно посмотрела на подругу и потянулась за телефоном:

— Давай говори!

— Герберт Альбертович Лелло.

— Та-ак, – Маришка отложила телефон, так и не набрав в поисковике имя будущего шефа своей подруги, уточнила:

— Это тот самый Лелло, что программы защиты от хакеров пишет? Он?

— Да, – Владислава кивнула и потянулась за бокалом с вином.

— Умеешь, однако, удивлять, подруга! Знаю я его. Имела честь лично с ним общаться. Тот еще индюк! Умен, красив, богат, но тааакой… – Маришка покачала головой, не договорив, и шумно выдохнула.

— А котенка вот подобрал и в клинику свозил, и купил ей все, что надо иметь котятам, – Владислава кивнула на рыжий, громко мурлыкающий комочек на коленях подруги. Показав на миску и кошачий корм, спросила:

— Марин, ты в курсе, сколько это все стоит?

— В курсе, – Маришка усмехнулась, – сама своему Барсику покупаю, так что да, в курсе. Ну, господин Лелло не обеднел от этого, уж ты мне поверь. Да для него эту сумму потратить, что тебе молока купить. Заметь, простого, а не этого твоего суррогата, который стоит в три раза дороже.