Книга Научи меня жить, страница 102 – Елена Архипова

— Нет, красавица, позволь душ принимать без тебя и твоего участия!

С ума сойти! Он говорит с кошкой!

Говорил с кошкой, но, казалось, что Владислава была в эти моменты рядом. Это его грело и дарило надежду на ее возвращение. Если не к нему, так, может, к кошке она вернется?

С отсутствием Влады Герберта раздражало все: Эльза с ее преувеличенным оптимизмом и почему-то, неожиданно, совместными планами на их жизнь.

Молчание Гены, когда он вез его на массаж, на физиотерапию, на тренировку.

Доброжелательные и как будто бы лукавые улыбки Нины.

Дети, к слову, Герберта не раздражали совсем.

С появлением в его жизни детей прибавилось шума и каких-то движений по дому.

Что интересно, двигались все и сразу.

Детскую временно было решено сделать в той спальне, что была напротив комнаты Герберта. В ней же разместили и няню детей Аллу. Ее дети уже знали, оказывается, девушка была рядом с ними с самого их рождения. Герберт был благодарен Дмитрию за то, что он привез девушку, а вместе с ней и кучу детских вещей, от трусиков и игрушек до детских обеденных стульчиков. До этого момента Герберт и не подозревал, сколько всего необходимо детям. Многое из того, что привез Дмитрий, до сих пор лежало в коробках.

Как-то совершенно неожиданно оказалось, что в большом доме Герберта не хватает места!

Его дом по своей сути был домом холостяка, редко принимающего у себя гостей. Здесь все было устроено для богатого, но одинокого мужчины. Кабинет, спальня, жилые комнаты для тех, кто жил с ним в доме, гостевая спальня, правда, всего одна. Спальни для детей в его доме не было, как не было и игровой комнаты.

Два маленьких ребенка должны иметь свое пространство для подвижных игр. Площадь всего дома совершенно для этого не подходила! У детей должна быть своя игровая комната с мягким и теплым полом, на котором можно уснуть, если очень заиграешься, стенами, оклеенными обычной бумагой, на которой можно рисовать, не боясь, что испортишь дорогую отделку стен. Там же должно быть место для детских письменных столов – должны же дети развиваться и учиться рисовать и писать.

И Герберт начал поиски нового дома. А еще ему вдруг захотелось, чтобы в доме был бассейн. Для детей, для его тренировок с личным тренером, да в конце концов, просто для расслабления после рабочего дня!

Но особенно Герберта раздражала Алла – няня детей. Девушка, кажется, решила, что она станет не только идеальной няней детям, но и идеальной женой их отцу.

Алла, вроде бы, и посвящала все время детям, была доброжелательна с детьми и со всеми, кто жил в доме, она, кажется, даже к Эльзе нашла подход. Герберт же в ее присутствии чувствовал навязчивое внимание девушки и интерес к своей персоне. Ему даже стало казаться, что она наблюдает за ним, когда думает, что он этого не видит.

— Так и в дурку недолго загреметь, – буркнул он сам себе под нос в один из дней, – с диагнозом «мания преследования со стороны няни».

— Если ты думаешь, что тебе это преследование мерещится, так я тебя обрадую! Не мерещится! – неожиданно и так же тихо ему ответила Нина, – она точно решила тебя женить на себе!

— Ты так думаешь?

— Уверена! Позвонил бы ты уже Владеньке, а? Как она там? Когда уже вернется?

— Она со своей семьей, и ты это знаешь. Звонить и мешать воссоединению их семьи я не буду! – сказал, как отрезал Герберт.