Книга Бывшие. Цена ошибки, страница 30 – Елена Архипова

“И как я мог сомневаться в своей пичужке? И, кстати, мне тоже хотелось бы знать, о чем он там говорить собрался?”

— Аль, ты же сама не любишь впутывать чужих людей в дела семьи!

“Это кто здесь чужой?” - завопил я мысленно.

— А они мне не чужие! - выдала Алька, словно прочитав мои мысли. - И, Жень, мы с тобой давно уже не семья. Третий год уже пошел, как ты меня незабываемо поздравил с Днем рождения.

М-да-а-а, мужик, долго же ты шел, чтобы помириться. Неужели даже дочкой не интересовался?

— Я не думал, что ты такая злопамятная!

Алька издала знакомый еще из нашего с ней детства звук “р-р-р!”, я ясно представил, как она одновременно сжала оба кулачка в этот момент, и невольно улыбнулся, вспомнив эту ее манеру.

А соседка тем временем продолжала:

— Жень, ты не приходил почти три года, вот и дальше не приходи! Тем более, что я сегодня уезжаю! Мы уезжаем.

— Что? Куда уезжаешь? - это желтое недоразумение опередил меня с вопросом.

— Что слышал, Жень! Уезжаю, переезжаю жить к мужу! - принеслось нам с ним в ответ.

С какого хрена Алька это сказала? Нет, мозгами я понимаю, с какого — ей надо отвадить этого желтого дурака от своего дома. Но почему Алька на Пашку-то ткнула, а не на меня?

Так. Стоп! Это я тут дурак, походу. Она же не сказала, кто её муж? Нет, не сказала.

— Так это ОН отец твоего ребенка? - услышал я новый вопрос от желтого.

Опачки! Выходит, что это не ты у нас счастливый папаша-то, так, что ли? А кто тогда?

Всё! Пора выходить мне из сумрака. Я глянул на малышку, которая спала в своей кроватке, раскинув ручки в стороны, и вышел из спальни, прикрыв за собой плотно дверь. Повернулся к этому недоразумению и только было собрался ему ответить, как услышал от Альки:

— Да. Павел — отец моей дочери!

Глава 14

*Алька*

— Что? - может, Женька и хотел это спросить грозно, только вот вышло у него по-женски — высоко и истерично.

В этот момент вышел из спальни и встал в дверях Вовка. Встал так, словно хотел заслонить своей широкой спиной Масяню от Женькиных воплей.

Я видела, как у Женьки вытянулось лицо. А почему, собственно, он уверен в том, что рядом со мной не может быть такого шикарного мужчины?

Точнее, даже двух шикарных мужчин.

А Женька всё никак не мог поверить в мои слова. Потянул шеей так, будто его что-то душило, и, поведя подбородком в сторону второго красивого мужчины, застывшего в дверях спальни, спросил:

— А он тогда кто?

— А я её муж! - прилетело неожиданное от Вовки.

— Что? - этот вопрос мы с Женькой задали одновременно. Только он вслух, а я мысленно.

Хорошо, что у меня хватило выдержки не повернуться сейчас к Вовке точно так же, как сделал это Женька. Он смерил недоверчивым взглядом Чернова и снова перевел свой взгляд на меня:

— Аль, ты думаешь, я дурак? Стала бы ты вот так легко, при муже, признаваться в том, что родила ребенка не от него? - Женька даже подбоченился, будучи горд своей сообразительностью. - Если он твой муж, то почему ты живешь здесь, в этой трущобе и одна, а? Ты правда думаешь, что я тебе поверю? Поверю в галиматью, что от него, - он ткнул пальцем в Павла, - у тебя дочь, а с этим, - он ткнул в Вовку, - ты спишь?

Женька сделал было попытку пройти к дивану, но был остановлен грозным шипением Чернова и его движением навстречу: