Книга Хочу тебя, страница 66 – Инна Инфинити

— Я не пью крепкий алкоголь, ты же знаешь.

— Ах да, у тебя же здоровый образ жизни. Ты ж наше светило футбола. Скажи, Ник, а почему русские не умеют играть в футбол? Опять на чемпионат мира не отобрались, — издаёт смешок.

— Вов, иди поспи.

Собираюсь уйти, но бывший одноклассник останавливает меня голосом.

— Ну ты куда? Подожди, — поднимается с места.

Впервые я вижу Вову таким пьяным. Он еле на ногах стоит.

— Вов, иди спать.

— А где Лиля? — спрашивает.

Ну кто бы сомневался, что он захочет поговорить о Лиле.

— Спит.

— В твоей кровати?

— Ну не в твоей же.

И хоть Лиля полностью и без остатка моя, а до сих пор меня бесит, что она ходила на свидания с Вовой. Просто до трясучки бесит. Кровь в венах закипает, когда представляю их свидания. Знаю, что там все было невинно, максимум за руки держались, но, блядь, сука, бесит. Была б моя воля, я бы запретил Вове приближаться к Лиле ближе, чем на километр.

— Я не ожидал от тебя такой подставы, Ник. Ты реально был моим лучшим другом, — произносит с укором.

— Что ты хочешь от меня услышать? — начинаю злиться. — Извинения? Их не будет.

— Просто скажи: почему именно Лиля?

— Потому что я ее хочу. Еще вопросы?

— Ты кроме как «хотеть», — делает акцент на этом слове. — Больше ни на что не способен. Сегодня ты хочешь Лилю, завтра Машу, послезавтра Катю. Ты же каждый день хочешь новую девушку.

— Моя личная жизнь — не твое дело.

— И как тебе с Лилей? — не унимается.

— Охуенно! Как ни с кем!

— Слушай, а ты же не любишь девственниц! Тебе же только опытных подавай.

— А Лиля больше не девственница. Я очень быстро решил эту проблему.

Вова аж багровеет от злости. У меня тоже кулаки начинают сжиматься. Умом понимаю, что лучше уйти и не провоцировать скандал с пьяным человеком, но, блядь, не могу. Никогда бы не подумал, что лучший друг будет так меня бесить.

Хотя вопрос: а остается ли Вова до сих пор моим лучшим другом?

Скорее нет, чем да.

— Я сейчас скажу один раз и больше повторять не буду, — цежу сквозь плотно сжатую челюсть. — К Лиле на пушечный выстрел не приближайся, понял? Если я узнаю, что ты ей пишешь или звонишь, куда-то ее приглашаешь… Сука, не доводи меня до края.

Вова громко смеется пьяным смехом.

— Не буду. Я подожду, когда ты ее бросишь ради новой хотелки, и тогда Лиля сама ко мне придёт.

Желание уебать Вове с ноги растёт в геометрической прогрессии. Останавливает только то, что нахожусь в гостях в чужом доме и где-то тут спит младенец.

— Я тебя предупредил. Подойдёшь к Лиле — и я тебе все зубы выбью.

Ярость бушует в груди. Взбегаю вверх по ступенькам, захожу в комнату, бросаю наши сумки у двери. Лиля просыпается. Отрывает голову от подушки, приглядывается ко мне.

— Что-то случилось?

Сажусь на кровать и нависаю над Лилей.

— Ты общаешься с Вовой? — требовательно спрашиваю.

— Нет.

Лиля сонная, растрепанная. Не понимает, что происходит. Я тоже не понимаю, что со мной происходит. Но меня накрыло.

— Я запрещаю тебе с ним общаться. Вообще.

— Хорошо, не буду. Я и так не общаюсь с ним.

Ложусь на неё сверху, завожу руки вверх и смыкаю своей ладонью.

— Никит, давай спать?

Качаю головой.

— Мы не будем спать. Хочу тебя, — впиваюсь в ее рот.

Никита

Мой агент назначает мне встречу в ближайший понедельник. Это важно. Надеюсь, он расскажет мне побольше о моих потенциальных покупателях. Для себя я решил, что в Питер точно продаваться не буду. Не хочу переезжать в другой город. Слава говорил, что мною интересуется ещё один московский клуб. Это можно обсудить. Если клуб статусом выше моего, то почему бы и не продаться. Но если такого же уровня, то нет. Даже если больше денег предложат.