Книга Хочу тебя, страница 44 – Инна Инфинити

— Что еще хочешь? — спрашивает иронично. — Звездолёт? На Луну?

Вот только мне не до смеха. Я сам не понимаю, что со мной происходит. Но меня теперь не остановить. Признания вылетают, как из пулемета:

— Хочу, чтобы послала на хрен Вову и чтобы он к тебе больше не подходил. Хочу каждый день заниматься с тобой сексом. Хочу, чтобы ты приходила на каждую мою игру. Тебя хочу, Лиль. Всю тебя хочу и только себе.

Лиля шокировано на меня глядит. Я и сам в шоке от того, что сказал вслух. Но эти слова кажутся чуть ли не самым правильным из всего, что я когда-либо говорил. На языке крутится ещё одно признание. Пожалуй, самое важное.

— Хочу, чтобы ты была моей девушкой.

Вот теперь я все сказал. Душу обнажил. Свое сердце ей вручил. Жду от Лили хоть какого-то ответа как смертного приговора. А она молчит. Смотрит на меня и молчит.

Секунды тянутся мучительно долго и кажутся бесконечными. Я уже принимаю Лилино молчание за отказ, как вдруг ее глаза наливаются слезами и она принимается рыдать в голос.

Лиля

Я как будто попала в параллельную реальность, где сбылась моя самая заветная мечта. Я загадывала быть с Никитой Свиридовым на каждый день рождения, на каждый Новый год. Девятнадцать лет моей жизни у меня было только одно желание — ОН.

— Хочу, чтобы ты была моей девушкой.

Кровь стучит в ушах, сердце ходуном заходится. Слезы счастья начинают жечь глаза. В итоге не выдерживаю и срываюсь на плач.

— Лиля, что с тобой? — испуганно спрашивает Никита. — Лиль… — берет в ладони мое лицо и принимается вытирать слёзы.

Я не могу остановиться, плачу и плачу. Никита прижимает мою голову к своей груди, гладит по волосам.

— Я тебя обидел? Прости, пожалуйста, я не хотел.

— Поцелуй меня, — сбивчиво прошу.

Никита на секунду теряется, а затем приникает к моим губам. Обнимаю его, что есть силы, и наслаждаюсь поцелуем. Как же я его люблю, больше всего на свете люблю. Неужели Никита мой? Мне это не снится? Глажу его лицо, волосы, спину. Мой, мой, мой.

— Лиля, ну что с тобой? Почему ты плачешь? — прерывает наш божественный поцелуй. Заботливо стирает с щек слезинки, снова прижимает голову к своей груди.

— Все в порядке. Просто… — не нахожусь, что говорить дальше. Не признаваться же Никите, что я люблю его всю жизнь и не верю своему счастью.

— Я тебя обидел?

— Нет.

— Тогда в чем дело?

Отстраняюсь от его груди, вытираю оставшиеся на щеках дорожки слез.

— Все в порядке.

Я все еще в одних прозрачных стрингах и начинаю чувствовать себя неловко. Никита-то одет. Оглядываю комнату в поисках одежды. Нахожу ее и слезаю с кровати. Под недоуменный взгляд Никиты быстро одеваюсь. А то ещё вернутся его родители, а я тут голая. Тетя Женя уничтожит меня.

При воспоминании о маме Никиты в груди разливается горечь разочарования. Вот уж кто точно не будет рад нашим с Никитой отношениям. Не представляю, как теперь общаться с тетей Женей. Она же возненавидит меня.

— Лиль, — я уже застегиваю на джинсовых шортах ремень, когда Никита подходит сзади. — Ты мне не ответила.

Поворачиваюсь к нему. В полумраке комнаты не очень понятно, но, кажется, Никита выглядит испуганным. Вглядывается в мое лицо с немым вопросом.

— Что не ответила? — не понимаю.

Молчит. Только губы как-то недовольно поджимает. И тут до меня доходит! Боже…