Книга Опасный министр, страница 19 – Инна Инфинити

— Минюст подготовил поправки в кодекс об административных правонарушениях. Предлагают увеличить штрафы для малого и среднего бизнеса.

— За что?

— Из самого интересного: за продажу алкоголя несовершеннолетним.

Яна наконец‑то отрывает взгляд от монитора и поворачивает голову ко мне. Прищуривает глаза.

— У меня есть документ, — добавляю.

— От кого?

— От Никольского, — произношу с гордостью.

— Всем доброе утро! — пролетает мимо нас Паша. Плюхается на свое кресло. — Что обсуждаете?

— Никольский прислал мне поправки Минюста в КоАП. Они хотят повысить штрафы для малого бизнеса.

— Ммм, — тянет Паша. — Звучит вкусно. Возьмешь меня в соавторы?

— Обойдешься! Это только мой эксклюзив.

Под Пашин смех я нажимаю кнопочку на моноблоке и жду, когда загрузится компьютер.

— Алена, а ты разве не про проекты премьер‑министра у него спрашивала? — уточняет Яна.

— Да, но Никольский сказал, что проектов еще нет.

— И после этого ты спросила про КоАП?

— Нет, он сам предложил мне эту тему. Спросил, не будет ли мне интересно об этом написать.

Я стараюсь говорить ровно, но гордость так и прет из меня.

— Вот сам взял и предложил? — не унимается начальница.

— Да, Яна. Сам мне предложил.

— И тебя ничего не смутило?

Вбиваю пароль от учетной записи на компьютере и поворачиваюсь на кресле к ней.

— А что меня должно было смутить?

— Что он ни с того ни с сего сливает тебе документ другого министерства.

— А почему меня должно было это смутить? — не понимаю, к чему она клонит.

— Да потому что он хочет замочить твоими руками министерство юстиции! — рявкает. — Или ты думала, Никольский дал тебе поправки за твои красивые глаза?

Я сижу в ступоре, не зная, как реагировать на услышанное. Яна переводит дыхание и продолжает более спокойно:

— Алена, запомни раз и навсегда: ни один чиновник не будет просто так что‑то говорить или давать журналисту. Каждый чиновник говорит журналисту только то, что ему выгодно. В данном случае Никольскому было выгодно слить тебе законопроект министерства юстиции.

— Но в чем его выгода? — все еще не понимаю.

— Да в чем угодно, — подает голос Паша. — Может, он не ладит с министром юстиции и решил таким образом его замочить. Кризис, малый бизнес еле выживает, а они еще и штрафы для него хотят поднять. Представляешь, как после твоей статьи завтра все будут ненавидеть Минюст?

Кажется, до меня начинает доходить. Министерство экономики выступает за развитие малого бизнеса в стране. По‑моему, президент даже ставил Минэку цель по увеличению количества малых предприятий. Эта цель ставилась еще Савельеву, но по наследству перейдет к Никольскому. И, конечно, любые ужесточения для малого бизнеса негативно отразятся на его работе.

— И что мне теперь делать? — недоуменно верчу головой между Яной и Пашей. — Не писать об этом?

— Пиши, конечно, — говорит Яна. — Новость сама по себе громкая и интересная. Но просто в следующий раз, когда добрый дядя министр будет тебе что‑то предлагать, задайся вопросом, а какой у него мотив.

— Мотив? — переспрашиваю. — Я думала, что…

Замолкаю. А что я думала? Что раз взяла у него интервью, мы теперь друзья? Боже, какая я глупая и наивная. Действительно, с чего ему мне помогать? Он не знает обо мне ничего, кроме имени.

— Алена, не только журналисты используют спикеров в своих целях. Часто спикеры тоже используют журналистов. В данном случае Никольский просто захотел замочить твоими руками Минюст. Так бывает. Но ты все равно молодец, это хороший эксклюзив. Завтра мы выстрелим с новостью о повышении штрафов. Начинай писать статью.