Книга Опасный министр, страница 15 – Инна Инфинити

Остаток рабочего дня я, к сожалению, переписываю пресс‑релиз в газетную статью, параллельно думая, по какому поводу можно написать Никольскому. Несколько месяцев назад премьер‑министр говорил, что планируется подготовить список из 12 масштабных проектов, которые будут реализованы за счет федерального бюджета. Спросить у Никольского, готов ли список и что это будут за проекты? Если он назовет конкретные мосты, дороги или стадионы, то даже Паша оближется на такой эксклюзив.

Удивительно, как без каких‑либо проблем я попросила у Никольского номер телефона, а теперь не могу решиться написать ему. Беру телефон в руки, открываю наш диалог и снова закрываю. Примерно такое же чувство у меня было лет в 14, когда я влюбилась в парня из параллельного класса, который не обращал на меня внимания, и хотела написать ему первой.

Снова рассматриваю его фотографию в мессенджере. Он выглядит, как человек, у которого жизнь удалась на сто процентов. На сайт министерства экономики уже повесили его биографию. Новому министру 35 лет, он окончил Международный институт экономики и финансов Высшей школы экономики. Сначала работал аналитиком в крупных зарубежных банках, а пять лет назад пришел в Минфин на позицию заместителя директора департамента бюджетного планирования. Не женат, детей нет, профессионально увлекается бейсболом.

Бейсболом?

Несколько раз перечитываю эту строчку. Первый раз встречаю человека, который увлекается этой американской игрой.

— Алена, какая у тебя заявка на завтра? О чем будешь писать? — отрывает меня от изучения биографии Никольского голос Яны.

Рабочий день близится к концу, и мне надо найти тему на завтра.

— Я хочу спросить у Никольского, отобраны ли уже 12 проектов, о которых премьер в июне говорил. Ну и спрошу, сколько денег на них потребуется.

— То, что ты хочешь спросить, это, конечно, замечательно. Вот только мне нужна от тебя конкретная тема. «Хочу спросить» — это не тема.

Я вздыхаю.

— Жду от тебя заявку до 10 утра завтра.

— Хорошо, я сделаю заявку.

У меня нет другого выбора. Я беру в руки телефон и печатаю сообщение министру. Даже думать не хочу, что будет, если он мне не ответит, или проектов еще нет, или он о них не знает.

«Ярослав Викторович, здравствуйте! Это Алена Доброва из «Вестей». Извините, пожалуйста, за беспокойство, но я хотела у вас спросить, отобраны ли уже правительством 12 проектов, которые планируется финансировать из бюджета в следующем году? О них в июне говорил премьер‑министр. Очень надеюсь на ваш ответ. Еще раз извините за беспокойство».

Набираю сообщение дрожащими пальцами, то и дело промахиваясь мимо букв. Перечитав несколько раз, жму «отправить» и жду. Сердце стучит так же, как в 14 лет, когда я все‑таки решилась написать первой тому парню из параллельного класса. Он тогда сразу прочитал мое сообщение и ничего не ответил.

Никольский онлайн. У моего сообщения загораются две галочки. Секунды идут, а под его именем слово «печатает» не появляется.

«Был в сети только что».

После работы я без особого настроения направляюсь на свидание с Костей. Мы договорились сходить в кино, а потом где‑нибудь поужинать. Для середины сентября в Москве довольно душно, а в метро еще и час пик. В давке мне еле удаётся протиснуться к противоположным дверям, но там рядом оказывается вонючий мужик. Через две остановки меня уже начинает тошнить, а, когда я пытаюсь пролезть в другой свободный угол, кто‑то сильно наступает мне на ногу, оставляя большой черный след на моих белых кедах.