Книга Помнишь, я тебя любила? Забудь!, страница 122 – Инна Инфинити

Во-первых, вся эта ситуация была слишком унизительна, а я не на помойке себя нашла, чтобы такое терпеть. Во-вторых, ему всегда будут вешаться на шею левые бабы, а я не готова с этим мириться. Ну и в-третьих, он даже не прикоснулся ко мне, пока не пришла Соня. Желание меня обнять у него почему-то появилось только после ее прихода.

Глеб наконец-то оставляет попытки со мной поговорить, и мы просто едем молча. Я прохожу регистрацию на рейс, а потом он провожает меня до пункта досмотров.

— Кать, — берет меня за плечи. — Я клянусь тебе, что не знал о ее приходе, и я с ней не танцевал.

— Даже если и так, мне все равно. Есть много всего другого.

— Чего другого?

— Все эти девушки вокруг тебя, например. И то, что ты меня при друзьях даже не поцеловал ни разу. Хотя я слышала, как кто-то обсуждал, что на таких мероприятиях ты усаживал свою бывшую к себе на колени и целовался с ней, забив на всех. Обнять меня у тебя появилось желание, только когда она пришла и села напротив нас.

— На девушек мне наплевать. А не целовал я тебя прилюдно, потому что я уже не сопливый подросток, чтобы сосаться и обжиматься у всех на глазах. — Он шумно выдыхает. — Кать, я в любви тебе признался.

— Мне все равно. — Я мгновение медлю, но все же решаюсь произнести слова, которые он мне никогда не простит. Просто потому что нужно с ним все оборвать. — Извини, Глеб, но ты надоел мне.

Я замечаю, как его зрачки резко расширяются и дергается челюсть. Пользуясь этой секундной заминкой, я вырываюсь из его рук и быстро проскальзываю в зону, в которую его уже не пустят. У меня нет слез, и я уверена в своих действиях, как никогда. Все то мое сильное желание быть с Глебом, которое я испытывала еще сегодня утром, сейчас, как рукой сняло.

Он все-таки звонит мне. Когда я сбрасываю, он пишет мне сообщение:

«Катя, мы должны нормально поговорить».

Ни секунды не сомневаясь, я печатаю ему ответ:

«1. Ты мне НАДОЕЛ. 2. Я добавляю тебя везде в чёрные списки. Прощай».

И я действительно жму кнопку «Заблокировать абонента».

Когда я заявляюсь домой глубокой ночью, бабушка аж подскакивает от страха. Я совсем забыла, как перед отъездом наплела ей, что буду гостить у родителей.

— Катюша, что-то случилось? — Смотрит на меня испуганно, когда я раздеваюсь в прихожей. Она сонная вышла из своей комнаты на шум.

— Нет, ба, все хорошо. Я с друзьями гуляла, решила сюда ехать, а не к родителям.

— Ну понятно… — Пристально меня рассматривает. В самолете я не сдержалась и снова разревелась. Теперь мое лицо красное от слез, а тушь размазана по щекам. — Ладно, ложись спать. Утро вечера мудренее.

Люблю свою бабушку за то, что она не лезет в душу с расспросами.

Но утро не становится мудренее вечера. Всю субботу я провожу в кровати, вяло переписываясь с Сашей. Он думает, что я все еще в Питере. Я говорила ему, что вернусь домой в понедельник вечером. А на вторник у нас с ним назначена встреча.

В воскресенье ко мне домой приезжает Ленка, и я рассказываю ей все от начала и до конца, периодическая рыдая в ее жилетку. Подруга мужественно меня выслушивает, подаёт мне бумажные салфетки, чтобы я высморкалась, а потом идёт заваривать мне успокаивающий чай.

— И что ты теперь думаешь делать с Сашей? — Спрашивает, когда я наконец-то перестаю всхлипывать.