Книга Измены наших любимых, страница 29 – Лия Султан

— Ты что плачешь? — ахнула мама.

— Нет-нет… А у нас гром и молния, представляешь? — перевела она тему. — Сейчас как громыхнуло, я аж подскочила.

— А у нас тихо, спокойно. Лаур, может, приедешь к нам ненадолго? Побудешь, силы восстановишь? Так давно не была.

— Я даже не знаю, — вздохнула. — Работы много.

— Так ты же можно из любой точки писать. Приезжай, а? На даче сейчас так красиво. В школе скоро каникулы и я буду более или менее свободна.

И тут Лаура подумала: “А почему бы и нет?” Она теперь свободна. В суд ей надо только через месяца, а работать можно и в Костанае.

— А знаешь, я наверное, правда, приеду!

Мама сразу обрадовалась и побежала будить папу, чтобы сообщить ему новость. Лаура была единственным ребенком и после школы они, скрепя сердце, отправили ее в Алматы, потому что она очень хотела учиться в Академии искусств и стать сценаристом. Оставлять их было тяжело, но все стороны понимали, что такова жизнь.

На следующий день Лаура купила билеты на поезд. До Костаная ехать день и пятнадцать часов. На самолете всего два часа, но дороже почти на сорок тысяч.

От предвкушения скорой встречи с родителями у нее поднялось настроение. Все, что еще не написала решила добить в дороге, если получится, или у мамы с папой. А еще появилось ощущение, что все будет хорошо, и всё хорошее ещё впереди.

Перед отъездом оставалось одно важное дело — она хотела отдать долг, а именно тот самый носовой платок, который запачкала кровью. При переезде она его потеряла, поэтому сходила на рынок и купила новый. У нее был его телефон, поэтому она, не стесняясь позвонила ему, и попросила о встрече. Дамир ответил, что очень занят, но если для нее это важно, то она может приехать к нему в больницу. Так Лаура узнала, что почти бывший муж Динары — детский и неонатальный хирург.

В назначенный день девушка приехала в больницу, поднялась на второй этаж и нашла нужное отделение. Внутрь не пускали, поэтому она встала напротив у панорамного окна и написала ему. Через пять минут от Дамира пришло сообщение, что он скоро подойдет. На душе было как-то спокойно. Шторм стих и ее все-таки выбросило на берег. Теперь она училась жить и дышать заново. Окна выходили во внутренний двор клиники. Лаура наблюдала за мамами с детьми, которые, видимо, здесь лежали и вышли на прогулку. Она вдруг подумала, что Дамир делает огромное дело, спасая жизни малышей. Это благородно. Жаль, его жена этого не оценила.

Внезапно в глазах потемнело и закружилась голова. Лаура зажмурилась, выставила руку вперед, опершись ладонью о стекло.

— Девушка! Девушка! — услышала за спиной. — Вам плохо? Идемте.

Чья-то сильная рука сжала ее предплечье. Она потерялась в пространстве и позволила незнакомцу с уверенным, властным голосом увести ее куда-то и усадить на скамью. Высокий и крепкий мужчина в белом халате сел рядом и дотронулся пальцами до ее запястья. Она прикрыла глаза и медленно дышала, приходя в себя.

— Вам надо измерить давление. Мне не нравится ваш пульс, — сказал доктор. — Я сейчас схожу за тонометром.

— Нет, не надо, — Лаура остановила его, взмахнув ладонью. — Я просто утром не ела.

Он нахмурился и хмыкнул.

— Зря. Завтрак, — поднял указательный палец, — самая важная пища дня!

Лаура мельком улыбнулась, дернув уголками губ. Глаза у незнакомца были добрые, зеленые и теплые.