Книга О мой Босс! Монстр для разведенки, страница 120 – Евсения Медведева

Но договорить Чудновский не смог, потому что очередное эпическое появление Мостракова заставило этого придурка отлететь к металлическому ограждению. Если бы Дима чуть переусердствовал, то Чудновский бы оказался на проезжей части!

— Привет, милая, — Дима прижал меня к себе и сходу прижался губами… Его горячий твёрдый язык толкнулся в мой рот, так глубоко, горячо и многообещающе, что из глаз рассыпались звёзды.

Голова закружилась, дыхание оборвалось, и все, о чем я могла думать — быстрее попасть в квартиру и получить то, что мне причиталось по праву… По праву полного восторга и дичайшей очарованности этим мавром, запертым в холодной самодовольной личине.

— Ты бессмертный, Чудновский? — Дима тряханул козла, а после подхватил его за шкирку и потащил к машине, игнорируя подорвавшего на помощь хозяину водителя.

Чудновский залетел в салон своего «мерина», как мячик теннисный, но Мостраков не спешил бросать начатое, он занырнул вовнутрь и что-то начал говорить, словно не желая, чтобы я это услышала. Но бледный вид Чудновского говорил сам за себя.

Я невольно поёжилась, рассматривая Диму, потому что ещё ни разу не видела столь яростного выражения на его лице. Обострилась каждая черточка, брови сомкнулись на переносице, губы напряглись, а глаза полыхали, как два факела в ночи. Движения такие резкие, кулаки сжаты до белесых костяшек, его и без того рвущаяся наружу энергия сейчас способна была молниями рассыпаться!

Когда Дима сделал шаг назад и со всей силы шандарахнул дверью, я даже выдохнула от облегчения. Подскочила к нему и повисла на руке, лишь бы он не передумал и не решил добить Чудновского.

— Я знаю, как вернуть всех клиентов, — на выдохе произнесла я, обнимая Мостракова. — Этот придурок увел их вместе с проектом, верно?

— Ну да… — Дима быстро целовал моё лицо, крепко обхватив его горячими, чуть подрагивающими от адреналина ладонями.

— Чудновский даже не знал, что эта идея запатентована. По факту он украл и её, и клиентов… Ты, Дмитрий Сергеевич, являешься собственником разработки, и применять её никто не имеет права. Гусев уже начал строительство, по Тихонову я ещё не нашла информации… Если эти козлы не хотят судебных тяжб, то вернутся в «МДС-групп» как миленькие и продлят контракт, но уже на кабальных условиях. Ну а со «Сталькомом»… Я разберусь сама. Если не хотят разориться, то им придётся выплатить моральную компенсацию и уволить Чудновского!

Я тараторила, а сама утопала в красивейших зеленых глазах. Дима смотрел только на меня, игнорировал прохожих, слегла толкающих нас, а Мостраков уворачивался, оберегая и защищая.

Голос дрожал, горло стягивало, а предательские слезы накатывали мощной лавиной.

И я вспомнила тот вечер у родителей… Вспомнила речь, что выдала Онегину. И поняла, что не все зависит от статуса. Неважно, кто генеральный, неважно, у кого контрольный пакет… Я могу быть равной! Я могу не быть тенью Мостракова, могу удивлять его… Это азартная игра и дерзкий вызов. И, кажется, я к этому готова.

Дима зажмурился и хрипло рассмеялся.

— Милка, я за тебя испугался. А ты мне про «Стальком» и Чудновского! Да пусть они в аду горят! Когда он тебя схватил, я думал, что задушу его!

— Мостраков, вот почему ты такой очаровательный Монстр?

— Потому что, Дикова, я влюбился в тебя как мальчишка!