Книга Я - твой тренер, расслабься!, страница 30 – Лира Князева

«Женская волейбольная команда “Высота”. Тренер — Алевтина Сергеева.»

Я стояла перед этой вывеской и не могла дышать.

— Не нравится? — спросил Макс позади.

— Нравится.

— Тогда почему лицо такое, будто я опять кофе в школу принёс?

— Потому что страшно.

Он встал рядом. Не обнял при всех, хотя вокруг сновали сотрудники, монтажники и первые девчонки с родителями.

— Страшно, значит, живое.

— Теперь ты философ?

— Я встречаюсь с тренером. Приходится развиваться.

Я посмотрела на него.

— Встречаешься?

— А разве нет?

— Мы это обсуждали?

— Я боялся спугнуть.

— Егоров, ты целовал меня у подъезда, знакомил со своей сестрой, дал мне работу, но слово «встречаемся» сказать побоялся?

— Когда ты перечисляешь, звучит глупо.

— Так и есть.

Он улыбнулся, но в глазах была серьёзность.

— Аля, я хочу, чтобы мы были вместе. Официально, неофициально, как скажешь. Я хочу просыпаться и знать, что ты есть. Хочу спорить с тобой о волейболе, возить тебя к врачу, если ты сама согласишься, смотреть, как ты тренируешь девчонок. Хочу, чтобы Илья продолжал доставать нас обоих. Хочу много всего, но главное, хочу рядом.

— К врачу я сама запишусь.

— Это да?

— Это да, но к врачу я сама.

Он рассмеялся и наконец обнял меня.

На этот раз мне было плевать, кто смотрит.

Первую тренировку «Высоты» я смотрел из-за стекла.

Аля запретила мне заходить в зал.

— Ты будешь отвлекать девчонок, — сказала она.

— Девчонок?

— И меня.

— Вот это аргумент.

Поэтому я стоял в коридоре рядом с Ильёй, который уже официально помогал как младший ассистент: таскал мячи, ставил фишки, считал подачи. За лето он вытянулся, похудел, начал носить нормальные футболки и даже постригся. Света плакала над каждой его новой четвёркой так, будто он получил Нобелевку.

— Дядь, — сказал он, наблюдая, как Аля строит группу девочек. — Она крутая.

— Знаю.

— Нет, ты не так знаешь. Ты как мужик знаешь. А я как будущий тренер.

Я посмотрел на него.

— Будущий тренер, значит?

— Ну да. Или владелец клуба. Как ты. Только с волейболом. И чтобы тренеры получали нормально, а не как в школе.

— Хороший план.

— Я математику подтяну. Для бизнеса надо.

— Кто ты и что сделал с моим племянником?

— Алевтина Сергеевна сделала, — честно сказал он. Потом покосился на меня. — И ты чуть-чуть.

— Спасибо за щедрость.

За стеклом Аля свистнула.

— Илья! Мячи!

Он сорвался с места.

— Есть, тренер!

Я смотрел, как он бежит, и думал, что иногда судьба засовывает тебя в школьный коридор не для того, чтобы ты поставил кого-то на место.

А чтобы поставили тебя.

Вечером, когда первая тренировка закончилась, Аля вышла ко мне уставшая и сияющая.

— Ты была потрясающая.

Она прислонилась плечом к стене.

— Девчонки хорошие. Разные. Одна боится мяча, одна слишком умная, одна пришла потому, что мама заставила, но я её расколю. Взрослая группа тоже набирается. Макс, это... — Она запнулась. — Это моё. Спасибо.

— Ты сама.

Она посмотрела на меня с удивлением.

— Что?

— Ничего. Просто раньше ты бы сказал: «Я же говорил».

— Я расту.

— Не зазнавайся.

Я подошёл ближе.

— Можно поцеловать тренера после рабочего дня?

— Тренер подумает.

— Долго?

— Тренер устал и хочет хинкали.

— Это значит да?

— Это значит, сначала хинкали.

— Жестокая женщина.

— Сам выбрал.

— Лучший выбор.

Она улыбнулась, поднялась на носки и всё-таки поцеловала меня. Сладко.