Книга Короткими шагами, страница 76 – Яната Таян

Открываю глаза.

«Полина! Поля!» — шепчу пересохшим горлом. Пытаюсь встать, но ноги не слушаются, колено затекло и ноет. Я хватаюсь за трость, сбивая ее. Она с грохотом падает на пол. Шум кажется оглушительным.

Не проходит и мгновения — Николай, взбежав по лестнице, уже в комнате.

— Валя! Что случилось? — встревоженно осматривает меня.

— Полина! — выдыхаю я, и слова сами собой складываются в фразу, которую раньше я боялась произнести:

— Полина — это она! Она наша…

— Я знаю! — обнимает и прижимается лицом к шее, как ребенок.

— Как? — я отстраняюсь, пытаясь заглянуть ему в глаза. — Ты же не верил?

Он берет мои руки в свои, целует и виновато смотрит.

— Прости, дорогая. Я хотел верить, но ты же знаешь, сколько раз мы обманывались.

— Что изменилось? Почему ты теперь поверил?

Он сжимает мои ладони.

— Брат Яна просмотрел записи с вокзальной камеры наблюдения — той самой, что смотрит на перрон. На станции орудовали карманники, поэтому в архиве много записей. Через две недели после пропажи… — он набирает воздух как перед прыжком в бездну. — Алину привела на вокзал девочка-цыганка. Она чистила карманы и заставляла нашу малышку. Алина не хотела и плакала. Потом появился этот Морозов, дед Полины. Взял на руки нашу дочь и ушел, — Николай говорит, запинаясь, и опускает голову.

— Он выдал нашу Алину за свою пропавшую внучку Полину, — голос Николая ломается. — Не знаю, какой дьявол в него вселился, но он это сделал. Я видел фото его настоящей внучки. Там была темненькая девочка, совсем на Алину не похожа. Морозов украл нашу малышку и сбежал в деревню… Валя. Он ее украл!

Слова накрывают волной, я захлебываюсь. Воздуха в груди не хватает. Я сжимаю кулаки и чувствую, как под кожей пульсирует кровь.

— Я… я чувствовала, Коля, — шепчу, и слезы, которые я так долго сдерживала, наконец прорываются. — Я чувствовала это с первой минуты. Просто знала — и все. Такое не объяснить.

Николай притягивает меня к себе. Его плечи сотрясаются. Мое плечо становится мокрым. Второй раз в жизни он плачет при мне. Это страшнее любого крика. Его руки дрожат, когда он гладит меня по волосам.

— Ты знала, — он дышит через раз, будто слова застревают где-то в груди. — А я… я не понял. Прости меня, Валя. Прости, что не поверил раньше.

Мы сидим. Молчим.

За окном ветер шумит в соснах. Или это в моей голове.

Боль никуда не ушла. Но теперь у нас есть правда.

Флэшбэк. 14 лет назад

Морозов Геннадий

Всегда думал, что я стойкий человек и нет вопроса, который мне не под силу решить. Хм… Как же я ошибался!

На моих глазах увядает любимая жена. Она уходит из собственного тела, оставляя его пустым. С каждым днем Ирины в нем все меньше. А я стою и смотрю. Это невозможно вынести.

Еще полгода назад она блистала, сопровождая меня на бизнес-встречах и благотворительных вечерах. Я гордо стоял рядом и был по-настоящему счастлив. Теперь от счастья ничего не осталось.

Ирина днями сидит у окна, уставившись пустыми глазами куда-то вдаль. В ней медленно дотлевает жизнь. Я перепробовал все, буквально все, чтобы зажечь в ней хотя бы искру. Но напрасно. Она гаснет и с каждым днем ее здесь все меньше. Ирина придумала себе другой мир и отказывается принимать реальность такой, какая она есть.

А реальность бьет по самому больному.