Онлайн книга «Ребёнок от босса. Научи меня любить»
|
— Узи делают на любом сроке, Александрова. Были бы бабки. Меня ни черта не устраивает твоё состояние. Ты уже дважды грохнулась в обморок. И это только при мне. — Это и было всего дважды... — Тебя постоянно тошнит, — продолжает, игнорируя мою ремарку. — Я вообще не понимаю, как ты в таком состоянии умудрялась на работу таскаться. — Но мои анализы в норме, — давлю себе под нос. — Я... я же их регулярно сдаю. Гемоглобин снижен и давление, но Тамара Васильевна сказала, что такое бывает у беременных и довольно часто... Ощущаю, как чувство стыда разгорается во мне с каждым словом, разрастаясь из центра груди. Чувствую себя, как какая-то школьница-двоечница, которую отчитывают за безалаберность и малодушие. Такое ощущение, что Воронцов считает, я безответственная мать. Словно в моём самочувствие виновата я сама. А, может, это мои личные тараканы наружу лезут. Порой я действительно виню во всём себя. И, не скрою, меня моё состояние тоже заставляет нервничать. То и дело в голову лезут страшные навязчивые мысли: а вдруг что-то не так с ребёнком? Вдруг меня так часто тошнит, потому что ему там плохо? Ведь есть же женщины, которые нормально переносят беременность. Я сама лично сталкивалась с такими. Например, Настя, бывшая помощница Воронцова. Меня поставили на её место, когда она ушла в декрет. Так вот она всю беременность отходила совершенно спокойно. Всегда была бодрой и энергичной. Её не тошнило и в обмороки она не падала. Пожалуй, только такая и способна выдержать работу бок о бок с Воронцовым. Мне это не под силу даже не будь я беременной... — Достаточно того, что я не считаю это нормальным, Инна. Не забывай о том, что я отец твоего ребёнка, и у меня есть право иметь полную картину о его здоровье, — босс встаёт со стула и подходит ко мне вплотную. Опускает взгляд вниз на мой живот, скрытый под тонким шёлком халата, и я моментально вспоминаю о том, что под ним на мне нет ничего, кроме трусов. Лицо заливает краской и возникает моментальное желание прикрыться. Хотя я и понимаю, что оно ничем не обосновано. У Воронцова же нет рентгеновского зрения. И всё равно. У него такой взгляд, что мне кажется, он насквозь меня видит. Всегда. Подняв голову, смотрю на мужчину, возвышающегося передо мной во всю величину своего роста, и чувствую, как моё сердце начинает остервенело трепыхаться за рёбрами. И сама! Сама себя за это ненавижу! Не понимаю, почему я не могу перестать на него так реагировать. Кажется, что в последнее время волнение рядом с ним стало только усиливаться. Разве не должно быть наоборот? Я ведь должна к нему привыкать. Мы работаем бок о бок уже не первую неделю. А последние два дня и вовсе провели практически не расставаясь. Так почему я всё никак не успокоюсь? Рядом с этим мужчиной у меня как будто ток под кожей бегает... — В общем, доедай и одевайся, Александрова, — оторвав, наконец, взгляд от моего живота, поднимает его к лицу. — В клинике нас ждут через полтора часа. Вначале сделаем УЗИ, после этого сразу на иглотерапию. Я жду тебя в машине. Постарайся долго не копаться. * * * Через полтора часа мы подъезжаем к клинике. Девушка с ресепшен провожает нас к двери кабинета УЗИ и просит подождать рядом. Честно говоря, я немного нервничаю. Мысль о том, что с малышом может быть что-то не так, не покидает с тех пор, как меня начал мучать токсикоз. Словами не описать, каких моральных сил мне стоило удержаться от того, чтобы не полезть в интернет и не начать гуглить свои симптомы и связанные с ними возможные ужасные патологии. |